Гиперссылка в реальность

Спать и в самом деле приходилось мало. Поэтому команда и днем боролась со сном. Дверь в кабинете была заперта.

Через полчаса появился следователь с группой экспертов.

– Обыщи тут все, Иваныч, но найди мне этого гада. А этого, – Бурыгин кивнул на перепуганного Витька, – хорошенько тряхните, когда очухается.

И, повернувшись к москвичам, добавил:

– Ну что, твари, на завтра придумаете? Какого сюрприза ждать?

На этот раз растерянным выглядел и сам Ашмаров. Но опыт подсказывал ему, что нужно попытаться восстановить контакт с заказчиком.

– Переговорить бы, Антон Олегович.

Уединились в кабинете Ашмарова. Бурыгин уселся в хозяйское кресло и закурил.

– Играют против нас, Антон Олегович. Это явно профи. А мы пиарщики. Не шпионы, не контрразведчики. Мы умеем выигрывать кампании, вы знаете. Но если против нас ФСБ или еще кто-нибудь… – москвич замолчал.

– Да какое ФСБ! – возразил Бурыгин. – Там все за нас.

– Деньги у Кручинского есть?

– Деньги есть.

– Ну так купил кого надо. Я такого еще не видел, – Ашмаров потряс головой, – мистика.

– Ничего, Иваныч и не такую мистику раскручивал!

– Хорошо бы.

После короткого молчания Ашмаров нашел тему для разговора:

– Я все спросить хотел, вы какого-то кандидата с регистрации сняли. Как смогли?

Прокурор улыбнулся от приятного воспоминания.

– Да как? Подписные листы Белякова отправили якобы для проверки в краевую администрацию. А оттуда – ко мне в прокуратуру. А мы по адресочкам из этих листков ментиков послали.

Настоящих, в форме. Они по квартирам шли и всем вопрос в лоб: «Вы почему здесь подпись поставили? В тюрьму хотите?» Ну, несколько человек с перепугу поклялись, что ничего не подписывали, что подделка, мол. О Белякове слыхом не слыхивали. И заявления сразу же подписали. Нам шести таких заявлений хватило, чтобы регистрацию отменить.

– Красиво! – оценил Ашмаров. – У вас есть чему поучиться. Водитель ваш говорит, местных олигархов прессуете?

– Да каких там олигархов! Так, барыг давим понемножку.

И только тех, кто денег на избирательную кампанию зажал. А кто помог, а значит, поддержал закон и государственную власть в моем лице, – усмехнулся на последних словах прокурор, – работают себе.

В дверь постучали. Ашмаров открыл.

– Иваныч, заходи! – пригласил Бурыгин.

Почти совсем седой, невысокого роста худощавый следователь, как будто опасаясь разбить какую-нибудь дорогую вазу, осторожно вошел в кабинет. Но Ашмаров сразу оценил его цепкий взгляд.