Связующий

Бежать можно только вниз, но и там не скрыться от вражеского преследования.

Даже ругательства не срываются с уст. Пальцы бьют по клавишам. Жажда чуда движет ими, вынуждая давить на кнопки. Рука бросает мышь в сторону, чтобы увести указатель, но все слишком быстро. Ударяет молния, падает один, сваливается второй, третий застывает под эффектом оглушения. Противник хладнокровно и точно добивает одного за другим. Остается лишь живучий танк, который плетется, замедленный магией вражеской способности, но и он спустя несколько секунд теряет всю полоску жизни и сваливается на землю.

Лишь тогда Петр опускает руки и отклоняется. Вздохнув, он даже почти успокаивается, но затем приступ злобы вновь накатывает. Больше не нужно управлять героем. На выкуп и моментальное возрождение не хватает золота, а значит, можно выплеснуть все свои эмоции.

Открыв окно чата, Петр быстро набирает текст, пропуская второпях буквы и знаки препинания. В доступной форме, не скупясь на оскорбления, он искренне пытается объяснить союзникам их проблему, но воспринимать такую критику никто не собирается.

Наконец, вволю постучав по клавишам, юноша встает с кресла. Дожидаться окончания матча бессмысленно. Выходить нельзя, чтобы не получить бан, но поиграть уже все равно не придется. Все закончится раньше, чем герой возродится для очередного столкновения с противником.

Поднявшись, юноша застывает. Злобу сменяет неловкость.

– Ты давно тут стоишь?

Старший брат отступает от стены и подходит ближе. Он улыбается и присаживается на кровать.

– Несколько минут, – отвечает он. – Все играешь?

– Да нет, – оживляется Петр. – Зашел разок. На одну катку. Меня к каким-то нубам кинуло. Они вообще играть не умеют!

Брат молчит. Улыбается. Ругать, очевидно, не собирается, но все и так понятно. И невольно появляется желание объясниться.

– Я на центре три раза их мидера убил, – рассказывает юноша. – Потом ко мне еще и на ганг пришли, и я снова два убийства сделал, хотя и сам умер. Я вышел с линии со счетом 5:1.

Старший быстро устает, вздыхает и кивает.

– Ладно-ладно, – говорит он, пока юноша не разошелся сильнее. – Я всего на полчаса заехал. По делу. Выслушаешь?

Интерес ослабляет чувства. Становится немного легче. Какое может быть у него дело? Мысли об этом заглушают горечь поражения.

Петр садится рядом, ничего не отвечает, но глядит с любопытством.

– Мать сказала, ты еще работу не нашел.