Двуединый. Враг империи

Открытый конфликт между Гнецами и Риттершанцами – именно то, чего мне не хватало для полного счастья.

– Устал от интриг и закулисной борьбы? – Ли Калас приподнял бровь. – Захотелось понаблюдать за реками крови?

– Ни в коей мере, – покачал головой Сокол. – Мне просто не нравится список фигурантов по делу о торговле запрещенным оружием. По какой-то роковой случайности все они являются членами семей – сторонников партии «благородства и воинской чести». Стоит мне инициировать цепочку арестов, и перед судом предстанет шесть аристократов из трех традиционно поддерживающих Денова родов.

– Рональд расстроится.

– Рональду придется публично размежеваться с влиятельными сторонниками или поставить под сомнение идеологию собственного семейства. В любом случае с мечтами о главенстве над Домом он может распрощаться.

– Эти люди действительно продавали фениксов на сторону?

– В основном они наживались на торговле ворованным серийным вооружением, продаваемом паре мелких семейств из Дома Весов в течение последних лет.

Покровительствовала предприимчивым «весовщикам» Тамара Риттершанц, активно снаряжавшая поставляемым оружием собственные отряды. Реальные продавец и покупатель умело использовали готовые каналы сбыта для своих целей. Это косвенно подтверждается получением рядовыми исполнителями приказов, которые их начальство никогда не отдавало.

– То есть основных виновников утечки запрещенного оружия ты так и не нашел.

– Я еще не проводил аресты. Чисто теоретически мы можем добыть какую-нибудь информацию, забив подземелья перечисленными в моем списке людьми и начав проводить жесткие допросы.

– Но ты не уверен?

– После того как трое суток назад ответственный за тестирование и отбраковку фениксов лорд-капитан Манфред Шимер, обнаружив жену в объятиях собственного адъютанта, зарубил прелюбодеев и покончил жизнь самоубийством? Абсолютно не уверен.

– И потому вместо поиска доказательств хочешь окончательно стравить между собой Гнецев и Риттершанцев.

– До недавнего времени они и без меня прекрасно справлялись. К тому же вы не правы: я жажду примирить две великие семьи, а не посеять семена вражды, чьи всходы способны разрушить империю.

– Неужели?

– Посудите сами.