Арум. Возвращение домой

– Родная, ты, по всей видимости, невероятно сильный эмпат! Даже сквозь блокировку ты смогла передать мне свои эмоции! Как ты это сделала?

Отец продолжал фонтанировать восторгом и всеобъемлющей любовью. Сейчас я очень чётко это чувствовала, но его слова заставили все эмоции отойти на задний план, и я постаралась как можно более отчётливо вспомнить всё, что могло объяснить этот феномен.

– Я просто очень захотела… – еле слышно, не сумев подобрать других слов, прошептала я, постепенно голос окреп, – я очень хотела передать тебе всё, что испытываю, поддержать, сказать, что очень сожалею, что тебя не было в моей жизни раньше, но безмерно благодарна, что ты пришёл, что любишь меня и любил все эти годы, хотела передать, что разделяю боль разлуки и никогда больше не позволю нас разлучить! Сумбурно, да? Но это то, что я чувствую, – протараторила, уже самостоятельно смахивая слёзы, не решаясь поднять взгляд.

Да что ж такое?!

Я никогда не была плаксой, а тут за один день выдала годовую дозу солёных осадков! Но злиться на себя не получалось, я чувствовала себя безмерно уставшей, опустошённой, казалось, в душе не осталось ни грамма эмоций, и если я действительно смогла их передать, то завтра буду счастлива, сегодня на это уже не хватает сил.

Глава 7

Ох, голова болит, всё тело ломит, и что вчера было-то? Не пытаясь даже поднять голову от подушки, постаралась восстановить в памяти прошедший день. Так, поездку в автобусе помню, приобретение всевозможного полезного тоже, дома ужин, разговор с отцом, а дальше? Память, ау, к тебе обращаюсь! Но память демонстративно повернулась ко мне пятой точкой и характерным жестом посоветовала обратиться к логике.

Впору спросить, какой сегодня день, посмеялась я над собой. Итак, что мы имеем? Я лежу в кровати (сама не помню, как расстилала, значит уложили), провела языком по зубам, и сделала вывод, что не умывалась вечером, тело не сковывает одежда… Так, стоп, я вообще сейчас в чём??? Попытка поднять-таки голову вызвала болезненный стон, казалось, раскалённый прут пронзил всё тело, и минимум недели две без перерыва я разгружала вагоны с песком, настолько слабыми были все мышцы.

Всё, что мне удалось, это слегка провести ладонями по бокам, опознавая любимые майку и шорты. Но кто меня переодел? Пока я размышляла, на мой стон сбежались два самых близких и родных человека.

– И что-таки со мной произошло? – хриплым голосом и тоном коренной одесситки вопросила я.