Паруса души

Они живут по совести, без обмана, без зависти и врагов. Отец владеет любой техникой. Он умён и силён. Та буря, что поднялась в тот день, для него забава. Он преодолевал и не такие опасности! Где логика? Нет никакой логики! Все аргументы за то, что они оба живы! Не знал он ещё тогда, что смерть не признаёт никакой логики.

Не хотел дядя Яков вступать с Владом в полемику и с первого дня принял его сторону. Самое страшное, что он принял всю вину на себя. Он считал, что судно затонуло по его вине – ведь он главный создатель этой яхты.

Чувство вины он будет носить в себе всю свою жизнь – и в этом уж точно не было логики.

Время лечит. Через девять дней бабушка позовёт всех на обед. Влад, увидев это, убежит из дому, наивно полагая, что таким образом заставит всех поверить в его версию. Ночевать он останется у Якова. Потом ещё три дня будет прятаться.

Бабушка тоже очень сильно горевала. С того самого дня, как не вернулась яхта, она почти всё время сидела у окна, смотрела на море и утирала слёзы, как свеча, тая с каждым днём.

Влад, осознав ошибку, вернётся к бабушке и попросит прощения. После этого придёт дядя Яков, и у них состоится серьёзный разговор. Теперь, «пока не вернутся родители», хозяин в доме – Влад. Его задача – в тесном контакте с дядей Яшей вести все дела и хозяйство. Надо многому научиться: готовить еду, стирать, убираться во всём доме, а не только у себя в комнате, следить за хозяйством. Топить печь и баню он уже умел – отец научил. А ещё нужно было разбираться в лекарствах: бабушка сильно сдала.

Надо было уметь замерить давление и, если необходимо, вызвать врача. В пятнадцать лет Владу предстояло, перешагнув несколько этапов юношеского взросления, вдруг стать взрослым. Всеми своими достижениями ему хотелось похвалиться отцу. Он твёрдо верил: вернувшись, отец будет им гордиться. Да и мама тоже – ведь он освоил немало чисто женских, как ему казалось, «специальностей».

Однажды, зайдя к спасателям, он увидел портрет отца, и, казалось, начавшая затихать рана вдруг открылась вновь.

Он метнулся в залив и как был в одежде бросился в воду. Зайдя по пояс, он закричал что было силы: «Папа!!! Мама!!!», – и, сжав в кулаках воду, рванул её на себя, как бы стараясь сорвать это жуткое одеяло, которое прячет от него родителей. Но лишь ногти до крови впились в кожу… Он опустил голову под воду и опять закричал. Но уже остывшее Море било его волнами в грудь, выталкивая мальчика на земную твердь и давая понять, что надо смириться с потерей и идти вперёд.