Кратолюция. 1.0.1. Кассумкратия

За иллюминатором у пилотов во всем великолепии скупо мерцало белыми и красными маячками пристанище кассумкратов «Олок», пылились с тусклыми огоньками все 20 скученных (в сравнении с «Ярангой») сотовых станций, вокруг которых, словно гирлянды, вращались, оставляя разноцветные шлейфы, всякие разнофигуристые суда ЭПТ «Айсджамп».

Но лобовое стекло гостя из Евраса не было обращено ко второй исторически группе колоний у Юпитера. Поэтому Нурлан, запинаясь, решил разрядить обстановку:

– А знаешь, в чем еще преимущество высокой смертности?

– Нет.

– Можно смело рожать ораву детей – и всех прокормишь, и насмотришься на все вариации себя и твоей избранницы! – с плохо скрываемой обреченностью и ужасом за тоном радости «воодушевил» Нурлан.

– Ну, да. Это важно, – с болью в сердце и горько прошептал Дмитрий.

ГЛАВА 9. ПЛАМЯ ВООБРАЖЕНИЯ[9 - <Родники диатессарона>: [Свидетельство Дмитрия] + [Свидетельство мемконов] + [АТ-Послание 11] + [АТ-Послание 15].]

<…>

На «Олок» как-то так случилось, что Дмитрий пожалел, что не продают сувениры: шутка ли, но на самих переборках сотовых станций не было эмблем ЭПТ «Айсджамп».

Немудрено – им суждено было стать рудиментарными с самого своего появления. На скафандре Нурлана они были, но катастрофически выцветшие. Выцветшими остались и на плечах других бравых СВСников, а единственная мало-мальски нетронутая эмблема была нанесена на переборку в кают-кабинете Комиссионера, со слов Велслава.

У Дмитрия это формировало поначалу ложное стереотипное впечатление о том, что священная и защитная публичность на ЭПТ «Айсджамп» гаснет… Невнимание к собственной символике – это верный красный признак угасания могущества и алого распада, черного поглощения алчными соседями.

Из-за этих мыслей евразийцу поначалу было сердечно жаль кассумкратов. Просто жаль – не из-за всяких Люмартанских Предсигнальных Согласий.

Но жаль скороспелость выводов терракрата. Ему было невдомек, что «выцветший» означает «отвержение». Кассумкраты не рисовали эмблему, «рисунок» был привнесен на сотовые станции, но так и не прижился, так и не притянул могучих исторических и генезисных ассоциаций, как трисоюз Евраса.

Трисоюз ведь и олицетворял генезис, как на связи трех величайших мегаполисов Евразии наращивалась мощь субъектов, присягнувших евразийскому пути интеграции и развития. Трисоюз ведь и запечатал собой историю, то самое влияние общемировой тенденции перезагрузки государств вокруг мегаполисов на пространствах Евразии.