Кратолюция. 1.0.1. Кассумкратия

ПРАВА НЕТ[10 - <Родники диатессарона>: [Свидетельство службы наблюдения] + [Свидетельство Дмитрия] + [Свидетельство мемконов] + [АТ-Послание 11] + [АТ-Послание 15] + [#509. Апокриф «Анамнесис теоборнийских кассумкратов»].]

<…>

Утомительно дался сорокаминутный перелет к концентратору «Олок»…

Пилот «Элгара» не очень спешил на пути к станции «Олок-55», украшенной характерными повреждениями от разорвавшейся вблизи декадой ранее беспилотной метеошлюпки «Полярная сова

» со стершимся бортовым номером. Трагедия… В свободном обществе СВС не взял на себя ношу централизованного регулирования «внутризаповедного» космического движения.

Поэтому не были особой редкостью расхождения космических ботов в последние минутки и взаимоокатывания ударными волнами. Кто-то мчался сломя голову, кто-то боязливо избегал разгона.

На шлюзе «Восход», полном спешки, Нурлан предусмотрительно подстегнул и почти застывшего от безделья и молчания евразийца:

– Вылазай, гость дорогой. Прилетели. Не задерживаться.

Нурлан и дальше торопил последнего пассажира… Дмитрий почти что вылетел.

И с таким чувством, будто проснулся и выскочил из остывшей бани. «Полярная сова

» просигналила фонарями и задним ходом вылетела из шлюза.

– Вроде что-то новенькое.

Пред очами Дмитрия предстал ангар с редкими типовыми пассажирскими катерами «Кайра

-Vr.2», без бортовой гравитации и кресел. Вентиляция, дезинфекционные камеры, души с ароматизаторами для прилетевших работали на 300% («трижды круглосуточно»), поэтому потные запахи при открытом шлеме в нос особо не били.

Но по выходу в соты через шлюз опять та же картина… Опять поименованные, прошитые маркерами, но только люди! Накопилось у Димитрия, да и посетовал он, озираясь с ноткой неудовольствия:

– Как-то у вас тут неживенько в колониях… Каждый организм на счету. Вот я родился и вырос на Рязанщине. Программа предельного вкрапления природы в архитектурные леса городов пошла на ура… Раньше кошки да собаки, может быть, и лисички-разбойники… Сейчас прямо города леших и русалок – столько живности, что многие аж не рады.

А тут… Хоть бы что-то себе моську лапкой протирало.

Той же третьей минутой седьмого нечто маленькое пронеслось мимо, до смерти напугав бывалого вояку, дрожащего от мелочей, хоть склизких, хоть пушистых. А тут шустрое и молочного цвета, аки медицинские дроны – те еще бесчувственные надсмотрщики, снующие туда-сюда.

– Гребаный хе… Хе…! Хемингуэй, – имя было произнесено очень умиротворенно.