Кратолюция. 1.3.1. Флэш Пинтииба |1|

Напрасно и подло мы сбросили их со счетов. Они умерли… Они умерли не от ран, а от того, что мы их похоронили для себя, скинув их в чертоги высокопрофессиональной медицины за крепкими бортами».

Сушил был прав: их товарищи по оружию умерли раньше, чем испустили дух. Но положение выживших было не лучше – тоже сродни мертвому забвению.

Достойных кают космопехотинцам Сводного изротного батальона космической пехоты «Намерение Нандов» не ссудили. Как указали им на лежаки в опустевших древесно-корабельных арсеналах и ангарах 17 мая, так и держали их там.

А в выдержанных до сантиметра и до последнего предмета по техрегламентам каютах почивала Сводная избатальонная дивизия космической пехоты «Оплот Нандов», которая прибыла позже всех на «Операцию на раковой клетке» – 10 апреля, в тот самый день, когда Вершитель Джамируддин с флотом «Калам-Всепрозорливый» захватил флот «Калам-Защитник» и сместил адмиралшаха Вишванатана.

Да что там стенания по «достойным каютам». Командование о «Намерении Нандов» будто вообще забыло… Но это забвение отдавало фальшью – Сушил даже боковым зрением чувствовал, что «оставленные в покое» слишком уж ярко тускнели каждую корабельную смену.

«Депрессия, наверное» – поначалу отмахнулся Сушил от подозрений.

Но все расставил на свои места инцидент 10 июня.

За 4 дня до прибытия на орбиту Марса инфекция, подхваченная на ЭПТ «Айсджамп», никем не подмеченная, выскочила из-за кровного укрытия и сокрушила без шансов Агусу Соннейри, рядового из 4й роты метеорпехов… И он задохнулся… А ангар на эсминце «Взор 5» приобрел стойкий запах… Нехотя, но руководство МТО заставило потесниться экипажи двух оставшихся мобильных доков «Ситуэ» и организовало на них краткосрочный трансферт с эсминца стратегического наведения «Взор 5».

Космопехов, этих неприкаянных воинов, вытеснили с лежаков, воспламенив в них траурные аналогии… Всего одна команда, а их снова укололо унижение не слабее, чем когда их 20 апреля заставили сняться с укрепленных позиций на «Яранга», «Яяна», «Олок» – «одной командой»… Никогда они не чувствовали себя такими беззащитными, даже когда картриджи на «Олок» были нулевыми…

После дезинфекции и техноврачебных облучений их отпустили.

Помятых, лохматых, в мятой одежде…

Сушил тоже прошел через вымывание с себя потусторонних примесей и бактерий под присмотром Гириджы, хирурга с кружкой уже бледного куриного бульона.