Калиакрия (Собрание сочинений)

* * *

Еще в феврале 1787 года министр иностранных дел Высокой Порты – реис-эфенди Нишаджи Сулейман-эфенди, известный своей ненавистью к России и сумасбродным нравом, пригласил к себе нашего представителя в Турции Лошкарева.

– Мы недовольны тем, что на наших границах стоит много ваших войск! – заявил он. – Неужели мы больше не друзья?

Лошкарев, понимая, что реис-эфенди говорит с подачи английского посла, к которому всегда прислушивался, был с ответом резок:

– Вы слушаете советы мнимых друзей, кои имеют свои интересы, но не интересы Высокой Порты.

Так уже было в прошлую войну, когда все пользовались выгодами, и только Порта осталась обманутой. Что же касается нашего военного ополчения на юге, то народу у нас много и такие войска мы содержим на всех границах!

– Что же вы желаете?

– Желаем же мы едино, чтобы соблюдался трактат, заключенный между нашими империями!

Министр и посланник расстались холодно.

Высокая Порта спешно вооружалась. Янычарам увеличили жалование, и они пока присмирели. В Константинопольском адмиралтействе чинился и вооружался флот. На литейном дворе день и ночь лили для кораблей новые медные пушки. В один из дней с проверкой в Топханы – турецкое адмиралтейство явился визирь Юсуф-паша, глава партии войны. Его встречал адмиралтейский начальник – чауш-баши и вице-адмирал Хассан-бей, замещавший капудан-пашу Эски-Гассана, который наводил порядок в Египте.

– Чем могу помочь, досточтимый, Хассан-бей? – вопросил великий визирь вице-адмирала, когда они испили четыре чашки крепкого кофе.

– Трудами и молитвами мы уже снарядили большую часть нашего флота, который добудет славу падишаху вселенной, вот только две последние шебеки на волне шатки и тихоходны!

– А кто их строил? – поднял бровь визирь.

– Мастер Георгий Спаи!

Визирь кивнул, стоявшему в дверях капуджи-баши.

Тот мгновенно исчез.

Когда хозяин и гость выпили пятую чашку, капуджи-баши возник в дверном проеме снова.

– Воля господина исполнена, нечестивый мастер повешен на адмиралтейском заборе!

– Доволен ли ты моей помощью, досточтимый Хассан-бей? – повернул голову к хозяину гость.

– Спасибо тебе, о разумнейший из разумнейших! – оторопело склонил голову вице-адмирал, который только что лишился лучшего корабельного мастера.