Офицерская кровь «бескровной» революции. Февраль – Июль 1917 года

Одним из первых был убит старший лейтенант Н.Н. Ивков на учебном судне «Африка» (здесь располагалась водолазная школа), который отказался выдать команде винтовки, за что и получил девять пуль в спину.

С полным достоинством принял смерть начальник штаба Кронштадтского порта контр-адмирал А.Г. Бутаков. Перекрестившись, он сказал своим убийцам: «Я готов». Его тут же застрелили, а труп в остервенении кололи штыками. После этого пьяные матросы пришли к нему домой и штыками закололи престарелую мать (вдову знаменитого российского флотоводца Г.

И. Бутакова).

Из воспоминаний Н.А. Бутакова: «Адмирала (А.Г. Бутакова – В.Ш.) расстреляли у памятника адмиралу Макарову. Первый залп был неудачен, и у адмирала оказалась простреленной только фуражка. Тогда, еще раз подтвердив свою верность государю, адмирал спокойно приказал стрелять снова, но целиться уже как следует». Два дня после того, как Григорий Александрович Бутаков сам похоронил отца своего, вырыв собственноручно ему могилу, к нему явилась толпа убийц, с шапками в руках.

«Мы пришли к Вам просить прощения», заявил их руководитель, пока другие, потупив глаза, мялись на месте. «Мы не хотели стрелять в Адмирала. Хороший был Адмирал. Честный и справедливый. Потому мы целились выше. Ну, так что… Поймите, мы не вольны были. Нами командуют посланные из Питера. Сами каемся и просим прощения.»

Александр Григорьевич Бутаков

Многие офицеры были ранены, избиты и изолированы в кают-компаниях своих кораблей. Некоторые погибли уже после ареста, как, например, участник обороны Порт-Артура А.

М. Басов, которого просто пристрелили конвойные, которым захотелось пойти на митинг… Историки считают, что в первые дни мятежа в Кронштадте было убито от 28 до 50 офицеров.

Из воспоминаний радиотелеграфиста матроса В.С. Бусыгина: «В учебном минном отряде летом 1917 года нас человек десять выгнали на двор. Сказали, что надо расстрелять нашего ротного Юрьева. Мы стоим табунком одурелые. Вдруг из комитета выходит комиссар – он был хороший человек – и говорит: «Ребята! Не надо его расстреливать».

Мы Юрьева отпустили, а он сказал: «Спасибо вам, ребята!» И разошлись!!!

По воспоминаниям очевидцев, «зверское избиение офицеров в Кронштадте сопровождалось тем, что людей обкладывали сеном, и, облив керосином, сжигали; клали в гробы вместе с расстрелянными живого, расстреливали отцов на глазах у сыновей».

От рук взбунтовавшихся матросов пали комендант Свеаборгской крепости В.Н.