Синопское сражение. Звездный час адмирала Нахимова

Смотры эти производились государем раз в семь лет и обыкновенно соединялись с осмотром кавалерии, сосредоточенной на юге России. Таким образом, смотры флота были в 1837, в 1845 годах и последующий смотр приходился в 1852 году…»

Прибыв в Севастополь, Николай I осмотрел порт и арсенал, а затем отправился на линейный корабль «Париж», уже стоявший на внешнем рейде

Из воспоминаний А. Зайчковского: «Незадолго перед тем Черноморский флот обогатился новым громаднейшим 120-пушечным красавцем кораблем “Париж”, на котором был поднят флаг главного командира, адмирала Берха.

Это было новейшее лучшее боевое судно нашего флота на Черном море, имевшее уже в своем вооружении батарею с бомбическими орудиями, которые только что еще вводились в состав вооружения английского флота. Командиром “Парижа” был капитан 1-го ранга Истомин, впоследствии знаменитый начальник Малахова кургана, погибший на нем 7 марта 1855 года. Старшим офицером был лейтенант П-н (Перелешин. – В. Ш.).

День прихода императора в Севастополь из Одессы, а также и день смотра флота был назначен 2 октября. Суда своевременно заняли назначенные им по диспозиции места на большом рейде. Адмирал Берх поднял свой флаг именно на красавце “Париже”, где и ожидал прибытия государя в Севастопольский рейд.

Ввиду отсутствия Корнилова, который находился за границей, к адмиралу Берху на время смотра был командирован князем Меншиковым его любимец, свиты его величества контр-адмирал Васильев, тоже находившийся на “Париже”.

Вот на горизонте показывается пароход “Владимир”, на котором шел государь. В свите его величества находились: эрцгерцог австрийский Максимилиан (впоследствии несчастный император мексиканский), принц Фридрих прусский (впоследствии император германский), князь Орлов, князь Меншиков, бывший в то время начальником Главного морского штаба, а флаг-капитаном государя был капитан 1-го ранга Истомин, брат командира “Парижа”.

Как только показался штандарт на пароходе “Владимир”, то по сигналу с флагманского судна начался императорский салют, и здесь-то с “Парижем” приключилась неприятность, которая заставила командира и старшего офицера пережить тяжелые минуты и которая могла испортить успех всего смотра.

По недосмотру, для салюта зарядили орудия, находящиеся под парадным трапом, который от первых же выстрелов разбился вдребезги, и остатки его были выброшены в море.