Всадник рассвета (Собрание сочинений)

Перед крыльцом на траве, видимо, уже давно сидели в ожидании меня три вчерашних деда-убивца. Глаза их лихорадочно блестели, а руки тряслись.

– О великий! – тотчас начали они биться лбами о землю.

Терпеливо подождав, пока старички завершат весь ритуал, я подошел к ним.

– Хочу есть и пить! – сказал кратко.

Злость на моих вчерашних погубителей еще не прошла. Один из ползающих дедков метнулся куда-то, и спустя несколько минут предо мной уже был солидный кувшин с медовухой, каравай свежего, еще горячего хлеба и солидный кусок жареного мяса.

Забрав все, я демонстративно хлопнул у них перед носом дверью и вернулся в избу. Сел за стол. Перекусил. Рукавом вытер губы. Что же мне делать теперь?

В это время в избу вполз на карачках мой друг “печеный” и запричитал быстрым полушепотом:

– О великий! Наш род принял тебя и теперь стал самым счастливым из всех родов! Этого прихода ждали еще наши деды и прадеды, но именно нам выпало счастье лицезреть чудо! Каждый твой взгляд и слово, каждый клочок твоей одежды – это величайшая радость для нас, ничтожных! Возжелай…

– Хватит, папаша! – прервал я жестом его бесконечное словоблудие.

 – Теперь вопросы буду задавать я.

– Как скажешь, великий! – смиренно вздохнул седобородый.

– Прежде всего, где я?

– В земле раксолонов!

– Кто такие раксолоны?

– Мы великое племя!

– Кто вами правит?

– Наши вожди!

– Что вы знаете обо мне?

– Ты Посланник!

– Почему вы так решили?

– У тебя его знак!

– Где?

– На груди!

Еще одна новость! Что у меня за знак на груди? Сразу же возникло непреодолимое желание глянуть на этот знак, но не делать же это перед седобородым!

– Хорошо! Пока говоришь верно! – кивнул я со всей возможной важностью.

Старик обрадованно ощерил беззубый рот, счастливый моей похвалой.

– Хочу видеть вашего самого главного вождя! – совсем обнаглел я. – Пусть явится ко мне сюда!

Но по тому, как мгновенно изменилось лицо деда, как в испуге вытянулся его подбородок, каким стало выражение его глаз, я понял, что переборщил и спорол явную чушь, но отступать было уже поздно.

Блефовать так блефовать!

– Я Посланник! – выкрикнул я ему в лицо. – А потому желаю говорить лишь с тем, кто равен мне!

Старики, которые вслед за “печеным” по одному вползли в избу, сразу же задергались. Ага, теперь я точно знал, как себя вести с этими разбойниками!

– Мы уже послали гонца на Небесный Холм! – доверительным полушепотом сообщил мне один из них.