«Чёрный принц». Легенды и факты

Начались повальные болезни. Солдаты десятками умирали от простуды и от холода. Если бы в это время русское командование догадалось ударить по союзникам, войну, возможно, удалось бы закончить в течение нескольких дней. Но, увы, увы… Небывалая буря вызвала массовые волнения в Константинополе. Под ударами ветра рухнула мечеть в Оршаке и два минарета знаменитой мечети Ахмета. Жители отнесли это к гневу Аллаха и… начали грабить лавки (вероятно, чтобы этим его умилостивить).

Европейские газеты и журналы того времени не скрывали своей печали и огорчения.

Балаклавскую трагедию приравнивали к тяжелейшему поражению в морском бою и по количеству погибших судов, и по числу погибших моряков.

В отчете парламентской следственной комиссии есть данные о том, какие грузы были на судах и погибли вместе с ними 14 ноября 1854 г. у входа в Балаклаву.

Вот они: сухарей -359 744 английских фунта (около 9893 пудов); солонины – 74 880 ф. (2059 пудов); скота убойного -159 голов; баранов – 645 штук; рома – 8000 галлонов (около 4000 ведер); рису 73 986 ф.

(2034 пуда); кофе -11 200 ф. (280 пудов); фуража – 1 116 172 ф. (30 694 пуда); сена – 800 000 ф. (22 000 пудов).

Последствия бури имели для союзников серьезные последствия. И дело здесь даже не в количестве погибших судов и потерянных припасов. Испуганные ужасами шторма союзные адмиралы решили более не испытывать судьбу. Они отправили в Босфор большую часть кораблей и транспортных судов, оставив только минимум транспортов.

Пополнение армии, и ее снабжение сразу ухудшилось, что самым непосредственным образом сказалось на активности союзников под Севастополем.

Английское общество было потрясено неслыханными размерами катастрофы и убытков, и вскоре раздались голоса, обвинявшие военных начальников и приписывавшие значительную долю потерь их нераспорядительности. Администрации ставили в вину то, что она не сумела установить в Балаклаве должный порядок, и суда стояли, как попало; что порт не был оборудован необходимыми приспособлениями; что командование не впускало в гавань прибывающие с моря суда под предлогом тесноты, хотя в гавани во время бури стояло всего около 30 кораблей, а могло поместиться и впоследствии помещалось до 200; что пустые корабли находились в гавани неделями, а полные груза вынуждены были стоять в открытом море.