Наваринское сражение. Битва трех адмиралов

 – От штыка уцелеть можно, но от хорошей взятки – никогда! Надо подкупать всех и вся, а потом уже диктовать свои условия!

– Что вы, что вы, господа! – махал руками Стратфорд Каннинг. – Какие штыки, какие взятки, когда мы перво-наперво должны получить подробнейшие инструкции от своих министров. Пока не будет этого, я и пальцем не шевельну!

… Как бы то ни было, но в конце июля все три посла в Стамбуле – русский, английский и французский – заявились к министру иностранных дел рейс-эфенди[3 - Рейс-эфенди – должность в султанской Турции, соответствующая европейскому министру иностранных дел.

– Главы наших государств настаивают на посредничестве между Стамбулом и Афинами в решении греческого вопроса!

– Не желаю и слышать! – отвечал им рейс-эфенди Портев-паша, на подушках возлежа в меланхолии пространной. – Никогда и ни от кого я не приму какого бы то ни было предложения о греках, ибо этот вопрос есть внутренние дела Оттоманской Порты, а ваша нота – вмешательство в наши внутренние дела! Бумаги ж ваши брать я не буду!

Делать нечего, послы вышли в приемную и деликатно «забыли» свой ультиматум на софе.

– Последствия не заставят себя ждать! – заявил рейс-эфенди, уходя, российский посол Рибопьер.

– И последствия суровые! – добавил генерал Арман-Шарль.

– Мой брат Каннинг-старший еще скажет свое веское слово! – погрозил холеным пальцем Каннинг-младший. – Вот тогда дождетесь у нас!

Едва послы покинули диван, рейс-эфенди велел звать переводчика-драгомана и переводить послание союзников. Когда переводчик прочитал текст ноты, Пертев-паша призадумался:

– Это, кажется, уже война!

– Нет, но союзники уже твердо решили препятствовать нам в высадке войск на греческий берег! – подал голос кто-то из советников.

– Но как совместить понятие о дружбе с понятием о принуждении? – воскликнул рейс-эфенди. – Не могут хворост и огонь безопасно лежать друг против друга! Не могут!

Спустя месяц, ровно день в день, послы вновь дружно заявились к меланхоличному рейс-эфенди.

– Что решило ваше правительство, ведь срок ультиматума истек? – вопросили они министра.