От этого не умирают…

Распахнув дверь и высунувшись из машины, я выхлестнул свой небогатый завтрак на тротуар, под ноги опешивших пешеходов. Дебил, урод и ушлёпок – самые лестные слова, которые я услышал от наших добрых граждан. Поэтому быстренько дверь закрыл, чтобы не слышать всех эпитетов в свой адрес. Ну и чтоб по морде не схлопотать, что было бы вполне логично.

Плечо тихо, но настойчиво ныло, а джинсы на коленях пропитались кровью. Приземление было менее удачным, чем мне показалось.

«Машина!» – вдруг дошло до меня. Моя «Мазда», которую я купил три дня назад и за которую должен был всем подряд, кроме бомжа из нашего двора.

Её будут искать в первую очередь, и первый же наряд ДПС возьмёт меня тёпленьким. Если прямо в ней не застрелят. Тут я с ужасом понял, что мне её придётся бросить или спрятать где-нибудь. Только шустро. Даже очень шустро. Я же не в кино, где главные герои так легко бросают свои тачки, перегораживают ими дорогу грузовикам или подставляют под гранатомёт. Мне мою тачку жалко. Тоска каленой иглой прошила меня насквозь. Беглец. Без права на выживание. Хорошо, что мы не в Америке, а то сидеть бы мне на электрическом стульчике со всеми вытекающими последствиями. Из меня вытекающими….

Я втиснулся на свободное место первой попавшейся парковки. Как мог привел себя в порядок, умывшись минералкой из бутылки и вышел из машины. Прощай, ласточка. Поезжу ли я на тебе когда-нибудь. Вряд ли. Жизнь моя теперь черна также как и ты. С этими мыслями я подошел к обочине и поднял руку.

Таксерик, развеселый кавказец, привез меня к нужному дому без приключений.

Радуясь своим, ему одному понятным шуткам, он даже не заметил несколько не адекватное состояние своего клиента. А может, просто не хотел замечать.

– Удачи, дарагой – пропел он, когда я отсчитал ему триста целковых. Дорого, но торговаться в моем положении было не уместно.

Я вышел из разбитной «шестерки» и загнанно осмотрелся. Никого. Дешевый детектив, не иначе. Никто меня не окружал и не кричал в мегафоны, чтобы я сдавался. Это радовало.

Пока. Потому что уже в пору было потренироваться поднимать руки за голову и отработать позу «лицом на пол», ну или «об асфальт».

Дом, куда я приехал, был единственным местом спасения. Артем был мне близким другом и соратником. Но также как и я, был просто человеком творчества, и помочь в этой ситуации реально не мог. А здесь, в одном из непрестижных районов города жил еще один мой студенческий друг, которого я и собирался по полной нагрузить своими проблемами.