Гошины штаны

Видимо, не захотел больше продолжать тему сына и тюрьмы, по крайней мере вот так, напрямую, и своим, как он полагал, хитрым умом зашел несколько с другой стороны, с философской. Вообще философию (как он ее понимал) Гоша любил и имел привычку отходить от приземленной темы и переключаться на тему более общую, высокую, абстрактную, что, во-первых, показывало его интеллектуальную развитость (как он думал), а во-вторых, позволяло уйти от простых вопросов, на которые надо было так же просто, но по существу отвечать. Попробуй, вот так легко ответь на вопрос, почему сын сидит, и в ответе своем расскажи: за то, что совершил с приятелями разбойное нападение на магазин конкурента, разгромив там все и самого конкурента избив до полусмерти, да еще и оправдай это.

Нет, тут надо не так. Надо сперва перейти на шепот и скороговорку – таинство, а затем на высокое – философию.

– Бывает, люди у меня спрашивают, почему я живу вот так, по понятиям…

И снова задумчивый вид, как будто вселенские проблемы давят на темя, и снова объяснение пространное, высокое:

– Потому что понятия эти правильные… Жизнью сложенные… Вот кто ты по жизни? Нет, не отвечай.

Мне не отвечай. Ты себе… себе ответь… Вот. Потому что правильно жить надо.

Костя подумал, что раз началась такая философия, то разговор продлился уже достаточно долго и пора его заканчивать, тем более что на берегу друзья и коллеги, которым нужно наконец уделить время, да и отдохнуть – глотнуть еще пивка и поесть мяса, которое наверняка уже готово: на зря же там Михалыч суетится вокруг мангала.

«А насчет Гоши этого надо подумать. Интересно, как его сына зовут».

– Ладно, Гоша, пойду к друзьям. А то они там, наверное, заскучали.

Костя отпустил перила и медленно пошел в сторону носа посудины, чтобы сойти на берег. Он совсем не передумал узнать имя Гошиного сына, но намеренно вел себя так, словно не придает их разговору никакого значения, словно все – между делом. Сделать пару шагов, остановиться и спросить, словно невзначай…

Но сейчас вышло не так.

Гоша явно еще не удовлетворился разговором, зашагал рядом с Костей, ступая по палубе своими огромными босыми ногами, и продолжил:

– Тут еще вот в чем проблема…

– В чем?

Гоша снова принял гордый и наставнический вид.

– Современная молодежь книжек не читает… Потому и жизни не знает…

– Вот как…

– Да… Я тебе вот что скажу… Ты почитай Омара Хайяма… Сразу все поймешь… Жизнь поймешь.

– Омар Хайям…

– Да. Запомни: Омар Хайям. Писатель такой.