Терапевтические сказки, притчи и басни друидов

Лежит себе, и переваривает в своей пещере тихонечко.

Дракон и Диман

Собрался совет племени решать, что делать с драконом. Ну, шаман взял свой бубен, звучно в него ударил своей колотилкой, и говорит:

– Дракон, конечно, вредный, но я лично думаю, что от одной козы или овцы в неделю, мы не обеднеем. Пусть себе ест. Тем более что если мы со временем приручим дракона, нас все будут бояться и никто не нападет. Окрестные шакалы уже покинули леса, и стало спокойней.

Все согласились с этим мнением.

– Хорошо, пусть будет так. Я назначаю помощника шамана, и его ученика Димана, дрессировщиком дракона. В его задачу входит приручение дракона. А пастухам сделать все возможное, чтобы увеличить поголовье нашего скота, дабы хватало и дракону.

Вождь взял в руки ритуальный кувшин, отпил напиток силы. Стукнул посохом оземь и произнес:

– Остальным с драконом в контакт не вступать. И не злить зверюшку. А стрелкам из лука срочно провести учения, и повысить точность и дальность стрельбы их лука.

Вождь

С тем все и разошлись. Остался только недоволен один охотник, который не умел охотиться, и вообще ничего не умел, только, как языком трепать, за это его в племени звали «Дикий попугай».

И вот этот Дикий попугай и стал после совета племени больше всех орать и возмущаться. Как, мол, это так, мы коз растим, а дракон их, сволочь, жрет. Неправильно, мол, это. Надо зверюгу убить.

Ему соплеменники возражали.

Но Дикий попугай упорно стоял на своем, огульно обвиняя то вождя, то шамана в трусости. Первое время никто на горлопана внимания не обращал. Подумаешь, ну орет человек что-то. Так это по-дурости, и не от большого ума.

А Дикий попугай меж тем стал издавать свою газету. Писал он её на больших зеленых листьях и вывешил на площади. И в этой газете катил бочку и на дракона, и на Вождя, и на Шамана.

Дракону было все равно. Вождю и Шаману подавно. Это были мудрые и счастливые люди, считавшие ниже своего достоинства обращать внимания на всякие грязные сплетни и ложь.

Дикий попугай издавал свою газету сначала раз в месяц, потом раз в неделю, а потом стал писать её каждый день.

И народ племени стал его со временем уважать, и все больше и больше читать его газету. Тем более что в Африке в то время занятий особо других и не было в свободное время.