Люди чёрной бабочки

По озеру плавал встревоженный кайман. Место мне не нравилось.

– Такие жакаре не опасны.-сказал Раул указывая на рептилию.-Они мелкие и редко нападают на людей. Страшен чёрный кайман-он гораздо крупнее и агрессивнее..

Мы отправили в свои желудки холодный ужин. Бразильская ночь резко опустилась на озеро. Стоячая вода напоминала отработанное масло.

– Проверь у себя бак. Утром мы должны выйти с полными баками бензина чтобы пройти по Шингу как можно дальше вниз.-сказал Раул.

Я долил из канистры бензина в бак по самую горловину.

– А теперь принимай канистры, которые любезно предоставили нам ребята укокошенные индейцами.-Ухмыльнулся Раул подавая мне первую канистру.

Я понял что скоро мы бросим найденную нами лодку с покойниками. Но что решил мой друг? Как мы пройдём мимо Диауарума?

* * *

– Клаудио! Клаудио!

– Ну что такое, Дориваль? Зачем ты будешь меня так рано?

Клаудио Вилаш-Боаш повернул измождённое лицо к Доривалю, одному из трёх кабокло постоянно проживающих в Диауаруме.

Не так давно Клаудио вернулся из длительной экспедиции в поисках диких индейских племён и ему очень хотелось как следует выспаться.

– Извини, Клаудио, но вниз по течению от нас-моторная лодка! -сообщил Дориваль.

– Лодка? Идёт к нам по Шингу? -Клаудио встал из гамака и одел очки.

В «место чёрных пум» -так с языка индейцев суя переводилось слово Диауарум-редко приплывали лодки. Как правило моторные лодки приплывали сюда сверху, из Капитан-Васконселос и в них всегда был кто-то из братьев: Леонардо или Орландо.

А тут мотороная лодка идёт снизу, да ещё и так рано утром? Это было необычно.

«Неужели какой-то сумасшедший прибыл в Шингу по Манисаа-Миссу или Ауайя-Миссу?» -подумал Клаудио-«Для таких авантюристов как правило всё заканчивалось весьма печально..»

– Клаудио, мы слышим звук мотора уже целых полчаса, а лодки не видно..-неуверенно сказал Дориваль.

– То есть как? -не понял Клаудио.-Ты ничего не путаешь?

– С берега хорошо слышно.-Кабокло виновато улыбаясь пожал плечами.

– Что-ж, пойдём..

Ступая босыми ногами по земляному полу двое бразильцев вышли из хижины.

Солнце ещё не поднялось над широкой Шингу, но темнота отступала. От вод огромной реки веяло прохладой. Возле молок индейцев хрюкал поросёнок. Там-же было слышно как разговаривают на своём непостижимом и ни на что непохожем языке индейцы трумаи (5). Крошечное поселение просыпалось.

– Про мотор мне только что сказали трумаи.