Курупури

И это правильно: если каждый желающий сделать это будет прикасаться к рукописи-то от неё ничего не останется. Сотрудник запасника библиотеки руками одетыми в белые перчатки осторожно перебирал 10 страниц по нашей просьбе.

Хотя рукопись была признана экспертами подлинной, для меня не требовалось доказательств её подлинности. От этих пожелтевших страниц веяло седой стариной и от них исходила какая-то притягательная аура. Вид рукописи вновь заставил громче звучать зов тайны-того что когда-то вышел на первое место и отодвинул на задний план стремление разбогатеть в нашем прошлогоднем походе.

Скорее всего я никогда бы не увидел сей манускрипт, если не повстречал Раула..

– Знаю о чём ты сейчас думаешь! -сказал Раул, когда мы покинули здание Национальной библиотеки Рио-де-Жанейро.-Когда мы выйдем искать Z и вернёмся к саат-тауока? Верно?

Я молча кивнул.

– Нет никаких сомнений в том, что мы через некоторое время займёмся этим..

А пока мы отдыхали. Из Рио мы выехали на север вдоль океанского побережья.

Маратаизес, Гуарапари, Витория, Порту-Сегуру, Ильеус, Салвадор (8).. В Салвадоре-первой столице Бразилии, мы пробыли неделю. Этот город произвёл на меня не менее сильное впечатление, чем Рио. Его архитектура, смешение рас, культур и обычаев представляют собой нечто магнетическое. А посмотрев на состязания по капоэйре (9), я даже взял несколько платных уроков у местных местре-мастеров этого неповторимого боевого искусства и танца. Раул покатывался от смеха когда я под звуки беримбау (10) старался подражать движениям местре. И тем не менее, я так увлёкся стилем режионал (11), что решил продолжить заниматься капоэйрой по возможности.

Потом снова был Рио.

Как-то вечером, мы сидели в Ботафогу (12), в одном из открытых кафе у пляжа. Потягивая излюбленную кайпиринью, я любовался на огни берегов, окружающих бухту; на карабкающуюся по склону фавелу Дона Марта; на подсвеченную статую Cristo Redentor (13) на вершине Корковаду. Почему-то именно в этот вечер я понял: я люблю эту страну.

Она стала моей второй Родиной..

* * *

Весь 1960-й год сельва не трогала нас, словно давая возможность опомниться и отдохнуть. А в наступившем 1961 году она дала о себе знать неоднозначными новостями.

В начале года умер от болезни сердца Леонардо Вилаш-Боаш, один из братьев, которые примирили индейские племена в верховьях Шингу. Пост Капитан-Васконселос переименован в его честь в Пост-Леонардо.