Копье Лонгина. Kyrie Eleison

Нет, отвечают мои уста тому, кого вы называете королём Италии, но который на деле таковым не является.

– Это письмо, цезарь, было доставлено нам в Милан королевскими герольдами, и мы, присутствующие здесь, вовсе не являемся послами короля Рудольфа, – ответил несколько разочарованно Вальперт. Прибыв сюда, он действительно считал, что везёт Беренгарию сногсшибательную для того новость.

– Чьими же послами вы, благородные мессеры, являетесь?

– Его высокопреподобия, смиренного и благочестивого Фламберта, епископа великого города Милана, который в нашем лице припадает к вашим стопам и заверяет вас в своей преданности!

– И я бесконечно рад слышать это, – воскликнул Беренгарий.

Император при этих словах почувствовал в душе громадное облегчение. – Оставим же церемонии для надменных врагов и безучастных соседей наших. Прошу вас, мессеры, немедля поделиться со мной вашими новостями.

Император жестом пригласил гостей за стол. Вызванные слуги моментально обставили стол угощениями.

– Увы, цезарь, но позвольте мне начать с плохих новостей, – начал Вальперт.

 – Брешиа и Бергамо приняли в своих стенах бургундские и германские войска Рудольфа.

Беренгарий обречённо кивнул головой, а затем воззрился на Гизельберта.

– Благородный граф, – обратился он к нему, – вот так Бергамо дорожит своей честью и словом?

– Не буду искать оправданий, – ответил Гизельберт, – я и мои люди верны вам по сию пору, но враги оказались сильнее и больше числом. Увы, семя Иуды прорастает в слабых сердцах стремительнее огня в хлебных амбарах.

Беренгарий при этих словах одарил бергамаска весьма выразительным взглядом. В любой другой момент он бы напомнил графу о том, как иудино семя быстро давало всходы и в его душе. Однако сейчас надлежало дорожить даже такими союзниками.

За императора ответил граф Мило.

– Зато вы, граф, в это время одержали победу над бургундцами на другом поприще, сделавшись зятем благородного графа Вальперта.

Краска бросилась в лицо Гизельберту, граф Вальперт также нехорошо переменился в лице, но император вовремя прогнал готовившуюся разразиться грозу.

– Друзья мои, придержите ваши острые языки и забудьте старые счёты между собой. У наших ворот сейчас стоит слишком сильный враг, чтобы мы, на радость ему, ослабляли друг друга распрями.

И, обратившись к Вальперту, император попросил того продолжить.

– Славный замок Мантуя окружён войсками Рудольфа. Город остаётся верным императору, но сообщение с ним прервано.