Низвергая сильных и вознося смиренных. Kyrie Eleison

– У вас будет целая ночь, чтобы взять любовников в их постели. Мне безразлична судьба Льва, а также младшей Теодоры, они нам не опасны, и я не вижу смысла лишний раз проливать христианскую кровь. Но с ней, с ней я разрешаю вам всё, и ваш грех охотно приму на свою душу. Однако умоляю вас, сколь бы ни было велико искушение, не дайте похоти возобладать над вами, вы дадите этой женщине шанс на спасение.

– Уверяю вас, брат, что я сделаю всё, что в моих силах, и за каждую каплю яда, введённую в вас, она заплатит целым ксестом[2 - Ксест – римская и византийская мера объёма, равна примерно 0,5 литра.

] своей грязной крови.

– Боюсь, что крови у неё тогда не хватит, – грустно усмехнулся понтифик и зашёлся в новом неудержимом приступе кашля.

Эпизод 4. 1682-й год с даты основания Рима, 8-й год правления базилевса Романа Лакапина

(22 мая 928 года от Рождества Христова)

Спустя неделю после разговора двух братьев Тоссиньяно, прекрасным майским днём, клонящимся к закату, когда жар солнца стал постепенно ослабевать, а оркестр цикад, напротив, начинал набирать свою силу, возле ворот роскошного авентинского особняка остановились пять всадников.

Стража после непродолжительной заминки открыла ворота, и небольшой отряд неторопливо въехал в пределы резиденции Теофилактов. Первый всадник спешился, отдав свою лошадь мажордому дворца, и поспешил к парадной дома, где его объятиями и поцелуями встретила миловидная хозяйка.

– Ах, сестрица, я так заждалась тебя! Если бы ты знала, в каком страхе я проводила все эти дни, пока ты была в Тоскане.

– Твои волнения были напрасными, наши враги не имеют желания вредить тебе, но планировали использовать тебя в своих целях.

– Пусть так, но мне намного легче, когда ты рядом со мной.

– Скажи, ты распорядилась насчёт сегодняшнего вечера?

– Да, приглашены музыканты и жонглёры, закуплены лучшие вина.

Но что за гостей ты сегодня ждёшь?

– Тех, которых я заждалась уже лет пятнадцать.

– С тобой, я вижу, священник Лев.

– Он нужен мне. Прошу вас всех, в том числе и тебя, моя сестра, повиноваться мне в точности.

Теодора поклонилась. Мароция скинула свой плащ, под которым обнаружилась кольчуга с притороченным к поясу гладиусом. Теодора, увидев кинжал, покачала головой.

– Неужели всё так серьёзно?

– Все более чем серьёзно.