Низвергая сильных и вознося смиренных. Kyrie Eleison

Два десятка человек с тремя лестницами для штурма стен были направлены к восточной стороне усадьбы, оставшиеся, с тараном наперевес, отправились к центральным воротам. Пётр и пятеро сполетских баронов оседлали своих лошадей с намерением присоединиться к атакующим в тот момент, когда фактор внезапности будет полностью исчерпан.

На какой-то момент пространство вокруг Петра погрузилось в тишину. Меж тем сумерки постепенно овладевали Римом. Лошади всадников уже начали проявлять нетерпение, когда до уха Петра донёсся крик потревоженной охраны.

– Нападение! Нападение!

Пётр пришпорил коня и обнажил меч. Его чернобородое лицо как будто бы окаменело, настолько брат папы римского проникся неумолимой решимостью. Соратники поспешили за ним.

Спустя пару минут всадники оказались перед воротами дворца Теофилактов. С восточной стороны к стенам были приставлены и уже закреплены лестницы, что было встречено Петром радостным кличем. На стенах уже вовсю шёл бой, причём число защитников дворца на сей раз Петра неприятно удивило.

Что касается ворот, то они уже трижды испытали на себя мощь ударов массивного дубового ствола, обитого железом и, судя по их состоянию, уже рады были сдаться. Следующий удар стал для ворот последним: створки удержались в петлях, но засов, связующий их, разлетелся на куски. Нападавшие издали победный крик.

Но торжествовать было рано. Едва в воротах образовалась брешь, как оттуда ядовитыми шершнями полетели стрелы. Двое нападавших были сражены, одна из стрел пролетела над самым ухом Петра.

– Черт побери, их слуги, похоже, усердно обучались ратному делу, – пробормотал Пётр. В следующее мгновение он бросил клич своим баронам, оставшимся в седле, и первым вскочил на коне во двор сенаторского дворца.

Слуги Мароции успели пустить ещё несколько стрел, но страх их был так велик, что ни одна из стрел не принесла более урона нападавшим. Появление всадников почти деморализовало защитников сенатриссы, лучники побросали оружие и, как цыплята от коршуна, разбежались по укромным уголкам двора.

На стенах сполетцы также очевидно стали брать верх. К Петру же успели присоединиться все пешие, штурмовавшие главные ворота.

– Ищите, ищите её! Нашедшему я плачу двадцать солидов. Не вздумайте, дьявол вас возьми, гоняться за шелками и посудой. Всё это будет ваше, так или иначе. Ищите Мароцию, допрашивайте её слуг, найдите её сестру! – кричал Пётр.

Рёв рога внезапно перекрыл его голос.