Выживая – выживай!

Такое ощущение…… такое ощущение, что мне помешал кто-то, о ком я даже не догадываюсь».

Нельзя не восхититься логическим ходом мыслей этой женщины. Через несколько дней папа Сергий под громкие здравицы римлян торжественно въезжал в свой любимый Латеранский дворец, а консул Теофилакт степенно ехал позади его носилок. А еще через несколько дней, незамеченная никем, кроме римской городской стражи, в город вернулась Теодора Теофилакт. Всю дорогу она яростно кусала себе губы и, в конце концов, довела себя до головной боли от непрерывных размышлений.

«Кто же это мог быть? Кто-то из Сената? У нас сейчас, конечно, случайных людей и явных врагов там нет, но никому из них все равно до конца доверять нельзя. Однако ни один из них и близко не посвящался в эту тему. Кто же, кто же, Господи, дай мне знак, дай намек, кто это?! Кто мог разрушить такую славную комбинацию и спутать мне все карты, кто отобрал у меня и моего Джованни такую близкую тиару? Нет, ничего не приходит на ум.

Остается затаиться и ждать, кто бы ни был мой враг, враг невероятно умный и расчетливый, он непременно еще раз проявит себя. И тогда берегись!»

Так думала Теодора Теофилакт во время своего ужина в доме, когда узнавала последние новости по своему обширному хозяйству, когда выслушивала доклады римских сенаторов по городу и друг на друга, когда вечером по завершению дня широким костяным гребнем расчесывала роскошные черные волосы своей старшей дочери.

*****

В тот же день, когда Сергий и Теодора покинули Рим, Мароция, набравшись решимости, провела долгий и обстоятельный разговор с отцом. Благоразумно опустив тему своих взаимоотношений с папой Сергием, она поведала ему о грядущих события в Равенне и о дальнейших перспективах альянса своей матери с Джованни да Тоссиньяно. Теофилакт к тому моменту уже успел получить от своих людей сведения о намерениях Беренгария посетить Равенну.

По всему выходило, что папа Сергий неосмотрительно отправлялся навстречу неприятелям, объединенным между собой далеко идущими политическими и корыстными целями. Теофилакт отчаялся уже каким-либо образом им помешать, когда его пятнадцатилетняя дочь подсказала на удивление простое и эффективное решение.

*****

Эпизод 7.