Выживая – выживай!

И ведь обманул, старый бабник!

– Ну а если представить, что этот папа вновь вам сделает подобное предложение? Предпочтете ли вы его принять или же загаженные вашими собутыльниками стены сполетского замка по-прежнему останутся милее?

Альберих вновь ухмыльнулся, но на сей раз в глазах его пробежала искра.

– Только честно, Альберих!

– Честно? Доброе предложение!

– В конце концов, что вы теряете?

– Да! Что я теряю? – воодушевился было Альберих, но вдруг быстро поник головой, – у вас богатое воображение, Теодора, спасибо, вы приободрили меня.

– Приятно слышать. Ну так узнайте же тогда, что у вас есть, наконец, отличные шансы напомнить папе об обещанном. Разумеется, если вы возьмете в жены мою дочь.

– Не вижу связи.

– Только потому, что не знаете, что этот ребенок от Сергия.

Альберих взглянул на Теодору как на умалишенную.

– Вы шутите?

– От Его Святейшества папы Сергия!

Альберих резко вскочил и зашагал по зале, все ускоряя шаг.

Вдруг он резко остановился и расхохотался.

– Вот уж поистине семейка! Мамаша крутит задом перед этим здоровяком архиепископом, дочка же сделала своей забавой прелюбодействовать с папами Рима. В аду скоро будет не продохнуть!

– Нам понравилась ваша похвала, мессер герцог. Что еще скажете?

– …. Помилуй Бог, даже у старого мерина Сергия получилось то, чего лишен я, – Альберих раз за разом возвращался на все время мучающую его тему.

Мать с дочерью переглянулись.

– Да-а-а-а, беда, – вынесла свой вердикт Теодора, но Мароция предприняла еще одну попытку достучаться до разума Альбериха.

– Представьте же себе, могущественный герцог Альберих, какие дары принесет вам наш брак! Ваши недруги навсегда спрячут свои языки, увидя, что у вас родится дитя. О времени рождения не беспокойтесь, ребенок для всех непосвященных родится всего лишь на месяц-полтора раньше срока, это случается сплошь и рядом.

Далее, вы получите возможность после рождения ребенка вернуться в Рим и стать главным претендентом на королевскую и императорскую корону, ибо сам Сергий не устоит от искушения помочь собственному сыну. Но, конечно, такой путь потребует жертв. Я готова ради этого принести в жертву тело свое и усмирить дух мой, от вас же потребуется принять в семью внука вашего старого друга.

Альберих впервые задумался.