Ссыльнопоселенец

– Когда стоит ждать корабль отсюда в нормальный город? И там такие же цены? Сколько стоит билет на корабль? – Я допил чай и поставил кружку на стол.

– Должен через неделю плюс-минус один день подойти буксир с шаландами. Цены в остальных городах намного ниже. Но на этот рейс цена сотня кредитов. Пять вопросов – пять ответов. Мы в расчете, мужик. – И узбек встал.

Но я положил на стол еще одну кредитку.

– Еще один вопрос. Эти птицы, рыбы – их можно есть? – Не дает мне покоя просто офигеть какая схожесть здешних мест с земными.

– Да, – кивнул азиат. – Любое мясо здешней живности съедобно. С грибами и ягодами по-всякому – какие съедобны, а от каких ноги протянешь. Почему – не спрашивай, даже за миллион не отвечу. Никто не знает. А те, кто знают, – до них не добраться. Так что прими как данность. – И хозяин этой забегаловки ушел.

А я сидел с отвалившейся челюстью – ну ни хрена себе новость! Раз съедобны для нас, то это один с нами цикл развития, потому что на других планетах растения и живность для людей в лучшем случае бесполезны.

А в большинстве – ядовиты. Но, как посоветовал узбек, в конце концов я принял эту инфу к сведению, раз съедобны – то тем хуже для них. А потому встал и я, спросив у парня с дубиной, где здесь туалет. Раз можно воспользоваться – нужно это сделать.

А потом, выйдя с заднего двора этой таверны, решил пройтись по поселку и подумать. Если получится, то хорошенько подумать. Благо есть где присесть, чтобы на ногах не торчать.

Похоже, здесь четко работает схема по выжиманию из новичков денег. И все эти поселковые законы под нее заточены. Хочешь поесть? Пожалуйста, есть салун, таверны. Дорого? Извини, парень, бродяжничество у нас запрещено, или ешь в них, или не ешь вообще. Хочешь спать? Тоже пожалуйста, снимай номер и спи. Дорого? Так у тебя деньги есть – или плати за номер, или плати штраф. То же самое с оправиться – ты же не тварь бессловесная-бездушная. Это кошка-собачка ничего не понимают, а ты читать умеешь, шериф тебя предупреждал.

То есть за неделю здешней жизни минимум сто пятьдесят кредитов здесь останется. И это в лучшем случае, я совсем не удивлюсь, если здесь люди пропадают в трактирах-тавернах. Места лихие, все сказки-страшилки про древние времена на ум приходят.

А чего тут такого, в том поселке, где я жил, в старые-старые, еще царские, времена «черная верста» стояла как предупреждение о том, что не стоит ночевать здесь купцам.