Огонь и железо

Но расширяющиеся задачи требовали всё больше и больше. Древки, наконечники для копий, топливо для обработки металла… Лопаты и кирки, которыми выбирали лёд на реке и болотах, начали ломаться и тупиться. Соответственно, нуждались в ремонте и заточке. Опять же загоны и цепи для рабов. Укрепление периметров охраны… А тут ещё Володьке приспичило огнемёт сделать. На его эксперименты с боеприпасами вёдрами уходили самогон и скипидар.

Выручала смекалка, да светлые мозги соратников. К счастью, преданных друзей у них постепенно становилось всё больше.

Бойцы феоктистовской Стаи. Молодежь Жака Хитрована. Симона, жена следопыта Шарля, которая оказалась прирождённой воспитательницей «детского сада». Именно она посоветовала всё молоко, добываемое в феоде, детям отдавать. Сколько это решение тогда жизней малышечных спасло… Да и что там молока-то получали? От каждой дойной коровы меньше, чем по стакану. Это сейчас более-менее приличную молочную породу сумели вывести.

Чарли Дорингем организовал сбор живицы с немногочисленных хвойных деревьев и варку скипидара.

Мёрзлый торф из болот, лишившихся льда, сам Николай додумался добывать. А вот как его сушить и использовать в кузнице – Эдвин Смит сообразил. Он же и местный источник железа показал. Как оказалось, свои первые вещи тот из болотной руды ковал. А с учётом осушения трясин, которые начали активно разбирать на лёд и торф, выбрать из них ещё и основу для кузнечного дела оказалось довольно просто.

Так и справлялись. Огнемёт, кстати, у Володьки и Эдвина тоже получился.

Хоть и не сразу. Один из прототипов взорвался на испытании. Два дружинника сгорели заживо, ещё один и сам Феоктистов получили сильные ожоги. Хорошо бабушка Линде, да зелье из костей Индрика тогда ещё были. Спасли. Так Володька мало того, что не отказался от идеи, а наоборот – основал отдельную касту «огнемётчиков». В которую, после серии сложных испытаний, чаще всего связанных с горением и пламенем, принимал наиболее отважных и сообразительных членов Стаи.

Первая установка «греческого огня» представляла прочную деревянную раму для бурдюка с жидкой огнесмесью из скипидара, спирта и мельчайших смоляных шариков.

К нему приделали сразу два кузнечных меха, для создания давления, и самодельный медный брандспойт. Струю воды из аппарата удавалось метнуть футов на тридцать. Огнесмесь, правда, летела ближе, не далее двадцати. Для её воспламенения сначала установили железную жаровню под срезом брандспойта. Но именно из-за неё произошла трагедия.