Проклятье фаворитки

И пусть даже стволы в порядке, и на линкоре остались боеприпасы – порох и капсюли не то, что отсырели, а поди уже и растворились в морском солевом растворе!

Но только Мишель собрался сообщить свои соображения товарищам, как главная башня броненосца с тремя двенадцатидюймовыми орудиями начала разворачиваться в сторону танков. Абсолютно бесшумно! Хотя весь корабль был покрыт донной грязью, ржавчиной и водорослями!

Включилась радиостанция, и кто-то сумрачно заметил:

– Ну, сейчас они свои мешки развяжут!

Словно по команде все пушки батальона ударили бронебойными.

Листы ржавой брони тотчас, словно оспинами, покрылись тёмными пятнами пробоин. Никакого эффекта! Второй лихорадочный залп. На этот раз – кумулятивными снарядами. Огненные струи направленных взрывов прожгли чрево броненосца в тридцати с лишним местах… Опять безрезультатно! Только из щелей повалил пар, да в незамеченную до этого подводную пробоину с шумом хлынула вода, заполняя место выкипевшей от взрывов.

– Ребята, да он же просто висит в воздухе!

Это уже и так всем было ясно – с такой пробоиной не плавают. И тут огромные корабельные орудия, с которых до этого только капала грязь, дали залп… Казалось, земля опрокинется от грохота, и все ослепнут от вспышки. Жаркие и длинные пороховые языки лизнули три тёмных "Леклерка", и они тут же исчезли в султанах взрывов, подбросивших весь батальон.

Эта сволочь, затонувшая в 1916 году, стреляла! И как!!! Развернулась вторая корабельная башня, третья… Задвигали хоботы более мелкие пушки.

И танковый батальон, яростно лупя из 120-миллиметровок, закружил по полю, не давая взять себя под прицел.

Но – увы. Гигантские, словно вырывающиеся из самой преисподней, взрывы засверкали тут и там, сшибая башни и разбивая в куски мечущиеся танки. Их же попадания не причиняли вреда боеспособности броненосца, хотя рвали и корёжили его.

– Не так! Не так! Не так! – лихорадочно соображал Жормон.

 – Нельзя простым снарядом уничтожить «жизнь», данную адом.

И словно в доказательство, из озер снова встали зловещие мертвецы. Все до единого, включая членов экипажей разбитых танков, только что зарезанных ухмылявшимися в отдалении кавалерами. Маркиз и шевалье подняли на руках окровавленную, но всё ещё прекрасную Сильфию, которая словно дирижировала пляшущей огненной смертью.

– Не так! – кричал вместе с Мишелем и его двойник.