Солдаты Сумерек

– Ну здра-асьте! Приплыли! Ты что, действительно, Сусаниным устроился?

– Пошел ты…!!!

Договорить он не успел, так как Зубров, ступивший на более ровное место, вдруг с треском ухнул под землю. Правда, не совсем. Руками он успел вцепиться в торчащие корни деревьев, и теперь повис на них, испуганно таращась из-под лап папоротника.

Володька упал на живот и помог другу вылезти из довольно глубокой отвесной дыры в земле, до поры скрытой тонкими прутьями и живыми стеблями. На дне торчал деревянный острозаточенный кол.

– Это ещё что?!

– Похоже на «волчью яму».

Николай выразился так, что удивился даже привычный Феоктистов.

– Слушай, ты меня так больше не посылай!

– Да уж и ты, в таком случае, воздержись.

Ребята немного отдохнули, а затем Николай, придерживаясь за корни, вновь спустился. Очень уж ему кол понравился. Особенно – в рассуждении волков. Затем Феоктистов опять помог ему вылезти на поверхность. Заполучив оружие, Коля заметно приободрился. Поэтому и Володька начал перебирать по пути палки.

Пока не нашёл себе крепкую, в виде конуса.

* * *

Мальчишки здорово выдохлись, когда откуда-то справа до них донёсся шум. Не то крики, не то визги… Вдруг чётко прозвучал вопль, исполненный смертного ужаса. Кричал явно мужчина. Что-то подобное Феоктистов уже слышал. Поздним вечером, со стороны окраины «карьеров». Как потом выяснилось, там зарезали припозднившегося рабочего.

– Блин, колхозники, что ли подрались?

Они ещё осторожнее пошли в сторону страшных звуков. Похоже, опасаться здесь следовало не только ловушек и волков.

Но там, по крайней мере, были люди. Густой лес сменился подлеском, папоротник кончился. Вдруг впереди возникло резкое движение, и мальчишки инстинктивно застыли. К ним кто-то приближался! Вскоре выяснилось, что бегущих было несколько, и перемещались они под углом. Уже видно шатающегося, постоянно падающего человека в странной кожаной одежде и вытянутом шлеме, типа устаревшего мотоциклетного. Его гнали трое косматых бородачей, похожих на оборванных, сильно грязных уличных попрошаек. Господи, да они же убивают кожаного! Не то здоровенными палками, не то дубинами! До подростков донеслись выкрики, смачные, жуткие шлепки. От этого сработала первая, самая сильная базовая реакция на испуг: «Замри!!!»

Тем временем упавшего уже перестали бить и делали что-то ещё. Руками, что ли рвали?! А, нет! Вот взметнулся рукав куртки. Потом – явно штаны. Раздевают?! Вдруг попрошайки сцепились между собой. Один врезал другому.