Башни земли Ад

Пожалуй, чуть больший, чем эскорт, подобающий венценосной особе в дальнем путешествии.

– Но вы должны понять…

– Конечно же, ваше высочество, я понимаю. Я понимаю, сколь тяжелые времена каждому из европейских монархов приходится ныне переживать. Но также я вынужден понять и Мануила. Пред его воротами стояла объединённая армия Тамерлана и Баязида, и в самом городе тоже имелось несколько тысяч османов, готовых силою открыть ворота. У несчастного императора только и оставался выбор: храбро умереть без всякой пользы, или же согласиться на предложение Тамерлана, надеясь тем самым облегчить участь христианских народов, которые вскоре склонятся пред мечом Железного Хромца.

Жан Бесстрашный прошелся по зале, кусая губы:

– Вы уверены, что Тамерлан не остановится?

– А вы бы, мессир герцог, в таких обстоятельствах остановились?

– Но он же старец!

– И двадцать лет назад он тоже был немолод, однако не так давно полный сил Баязид Молниеносный оказался выжившей из ума черепахой перед этим старцем.

А потому, ваше высочество, я вернусь к тому, с чего начал. Если сегодня же вы, герцог, не поднимете своё знамя и не призовете рыцарство Европы отринуть распри и, объединившись, отстоять свой дом, через пару лет вашим нынешним подданным, а если посчастливится, и вам самому придется наблюдать воочию минареты Дижона.

Герцог дёрнул усом, сжав кулаки:

– Я верю, что этого не произойдёт.

– На чём основана ваша вера, мессир?

Герцог помолчал, угрюмо склонил голову и подошёл вплотную к послу.

– Монсиньор. Я хочу, чтобы вы знали правду. Очень надеюсь, что она не покинет этой залы и останется между вами и мной. Мне тяжело говорить то, что вы сейчас услышите, но раз уж его святейшее величество, пресвитер Иоанн, почтил достойным своего доверия именно меня, а не кого-либо иного из европейских монархов, я отвечу тем же. Несколько лет назад, когда османы Баязида вторглись на Балканы, мой отец отправил меня во главе большого отряда рыцарей на помощь Ладиславу, королю Венгрии и Польши.

Там я впервые увидел ее высочество Анну, младшую дочь короля. Вы сами недавно имели счастье лицезреть её. Ответьте мне, как мужчина мужчине. Разве возможно не восхититься ею и не полюбить всем сердцем?

– Не думаю, герцог, что вас обрадует мой положительный ответ.

– Я влюбился как мальчишка, каковым тогда и был, – не слушая, продолжал Жан Бесстрашный. – И уж не знаю, на счастье, или на беду, Анна ответила мне взаимностью.