Когда наступит вчера

– О том доподлинно никто не ведает, – недовольно буркнул дед Пихто, раздосадованный нездоровым интересом заезжего чужака к сокровенным лесным тайнам. – А сам он о том нипочем не скажет.

– Постойте, – перебил я говоривших, возвращаясь к теме расследования. – Нынче за полночь обитающий в этих краях Златовьюн почуял какую-то опасность и ушел в землю?

– Так я уж о том сказывала, – кивнула фея.

– Вероятно, и колпак его величества той же ночью сюда попал. Очень похоже, что эти два факта связаны между собой.

– Ну? – вопросительно посмотрел на меня Ратников.

– Гну! Выходит, Златовьюн почувствовал то самое нечто, что утащило короля и его свиту. А значит, нам остается выяснить, что же именно он почувствовал.

– Пустая затея! – махнул рукой дед Пихто.

– Думаю, все-таки стоит попробовать, – самоуверенно прервал его я и, не откладывая в долгий ящик, попробовал. А мог бы и послушать умудренного годами человека, хорошо знающего местные нравы.

Найти Златовьюна Бурую Шапку удалось довольно быстро.

Что и говорить, знакомство с лесовиками – вещь полезная. Но вот дальнейшее со стороны, должно быть, смотрелось весьма курьезно. Здоровый мужик, разодетый, как и положено сановному субурбанскому мздоимцу, лежит на земле и… уговаривает гриб, хмуро надвинувший на толстую ножку увесистую бурую шапку с прилипшим сухим листочком. Веско, аргументированно, вкрадчивым голосом, стараясь не обидеть, а уж тем более не испугать. То-то потеха!

Меня вначале мучило подозрение, что лесовикам ни с того ни с сего захотелось пошутить над гостями, и они привели нас к обычному, средних размеров, боровику.

Однако, когда я, уже отчаявшись добиться результатов, поднимался с земли, под шляпкой на мгновение открылись два малюсеньких желтоватых глаза и моментально захлопнулись, поймав мой взгляд.

– Бесполезно, – развел руками я, вынужденно признавая истинность слов Кудесника.

– А может, его с ноги? – сочувственно качая головой, предложил Вадюня. – Че он в натуре запирается?

Я кинул взор на несговорчивого свидетеля и ошеломленно констатировал, что грибообразный молчун исчез, как растворился.

– Вьюном в землю ушел, – пояснила стоявшая близ Ратникова Оринка. – Кары вашей убоялся. Теперь отсель шагах в ста может объявиться. А может и целый день носу не казать.

– Угу, – раздосадованно мотнул головой я, понимая, что оставаться здесь дольше не имеет ни малейшего смысла. – Ладно, времени дожидаться, когда он вновь сюда пожалует, нет.