Корни огня

– Дорогуша, – лицо командира баронского ополчения расплылось в ухмылке, не предвещающей ничего хорошего. – Так шо ж вы вчера не встречались-то? Если вдруг не слышал, сообщаю: за ночь тут столько всего напроисходило, шо все ваши договоренности торжественным маршем пошли аккурат под хвост химере. Ты вот, собственно, кто?

– Я секретарь его высокопреосвященства, фра…

– В общем, слушай здесь, фра. Обойдется сейчас преосвященство без секретаря. Как говорится, какие секреты между своими? А это шо за знатный хлебороб?

– Он из Монтенегро, края, совсем недавно захваченного абарами.

– Ага. Стало быть, свидетель по делу, – теряя интерес к секретарю, хмыкнул Сергей.

– Я требую пропустить меня! – не унимался тот.

– Уважаемый! Требовать будете жалобную книгу в папской библиотеке. Умерьте прыть! Вы шо, хотите сорвать переговоры? Я сам проведу свидетеля. Так, а ну-ка, пейзанин[6 - Пейзане (итал.) – крестьяне.], быстренько, – скомандовал Лис, к удивлению балканца с ходу легко переходя на сербский язык.

 – Ноги на ширине плеч. Руки в стороны, ладонями назад!

Подобно большинству уроженцев Монтенегро, тот сносно владел италийским наречием, но уж никак не ожидал услышать знакомую с детства речь так далеко от дома. Он безмолвно повиновался. Лис для проформы охлопал его, не спрятано ли оружие.

– Ты, фра, не зыркай, – пояснил он кардинальскому помощнику. – Сам, небось, знаешь, что тут ночью творилось. Так шо не обессудь, двоих, да еще без надзора, пропустить не могу. Пока я отвечаю за безопасность государя – не проси, не умоляй.

Отдохни вон пока, мозаикой полюбуйся, воздухом подыши. Я этого красавца потом тебе с рук на руки передам. Ну-ка, расступись. – Лис повернулся к страже и нахмурил брови. Те на мгновение замерли, соображая, как поступить. Они имели четкий недвусмысленный приказ не пропускать в зал переговоров никого чужого, но разве не стали они сейчас свидетелями картины столь убедительной, что и спорить было не о чем? Конечно, герой сегодняшней ночи знал, что делает. И, судя по всему, был вправе поступать так, как поступал. Кто командует, тому видней. Они грохнули древками копий об пол и развернулись, образуя коридор меж двух шеренг.

– Вперед! – Лис подтолкнул смуглолицего к двери. – И запомни: первое же резкое движение – и ты пожалеешь, что пережил нашествие абаров.

Кардинал Бассотури махал руками, точно отгонял невидимых мух, однако это не помогало найти слова: ни единой связной фразы не сошло с его языка.