Лицо отмщения

Проскользнувшая в одном из отчетов информация о некоей отсеченной голове, дающей заполучившим ее счастливцам весьма ценные советы, имела несколько пусть косвенных, но все же подтверждений и больше не могла быть списана на досужие байки.

Что же за этим крылось? Магия, какой-то интерактивный компьютер, связанный с неведомой базой или же вовсе неизвестная форма жизни – пока оставалось лишь гадать. Чем подобная «служба добрых советов» могла грозить данному сопределу?.. Об этом даже и говорить было преждевременно.

Настораживало другое. Легенды о говорящих головах имелись и в собственной мифологии так называемого мира номер один. А этот след мог вести и вовсе уж бог весть куда.

– Проклятие! – раздался совсем рядом возбужденный голос капитана. – Видите зарево на горизонте? Впереди бой!

Глава 5

Наш орден есть рука помощи, милостиво протянутая утратившим веру. И только по воле Господа эта рука сжата в кулак.

    Святой Доминик

Смиренный монах в некрашеном белом одеянии едва слышно кашлянул, привлекая внимание настоятеля Клервоской обители.

– Прибыл брат Гондемар, – негромко произнес он и умолк, дожидаясь распоряжений и перебирая увесистые костяные четки.

– Зови, – столь же кратко ответствовал аббат, вставая из-за грубо сколоченного стола и прижимая глиняной светильней исписанный пергамент. Брат Гондемар, отправленный в Святую землю с посланием к Гуго де Пайену, отсутствовал чуть более месяца.

Но, судя по скорости возвращения, Господь был благосклонен к замыслам святых братьев и даровал хорошую погоду, удачную дорогу и попутный ветер. Бернар сцепил свои длинные тонкие пальцы и, подойдя к висевшему на стене распятию, чуть слышно зашептал: «Аве Мария гратия плена...» В минуты волнения молитва наполняла его особым чувством небесной радости и просветления, точно он парил над миром смертных меж облаков и сонмов ангелов, взирая сверху на него.

За этим молением и застал его брат Гондемар. Он едва не валился с ног, ибо со всей истовостью преданного слуги Господнего в прошедшие недели выполнял завет настоятеля – не знать отдыха, доколе не будет выполнено порученное ему дело.

– Приветствую тебя, преподобный отче, – едва шевеля потрескавшимися губами, проговорил монах.

– Мир тебе, любезный брат, – завершая молитву, кивнул Бернар.