Мир ротмистра Тоота

А теперь я повторю свой нелепый вопрос: Ориен, что делают подводные лодки у наших берегов?

– Разведывают плацдарм для вторжения, – будто завороженный, прошептал главнокомандующий.

– Увы, верно. Теперь еще вопрос: где белые субмарины сейчас действуют активнее всего?

– В районе Беллы.

– И снова в точку. И заметьте, в этом районе едва ли не самое глубокое место у наших берегов. – Странник опять хрустнул пальцами. – Так что, вероятно, ждать гостей надо здесь. Но что и когда намечается, об этом пока информации нет.

– Массаракш! Тридцать три раза массаракш! Она должна быть! – выпалил главнокомандующий.

– Должна, – согласился его собеседник. – Но я хочу предупредить вас, почтеннейший господин командующий, что, по всей видимости, очень скоро тут понадобится максимальное напряжение всех наших сил.

– Другими словами – война с Островной империей.

– Вполне может быть, – глядя на голубовато-серое морское пространство между островами и портом Беллы, подтвердил шеф контрразведки.

– Массаракш! – Ориен свел брови на переносице.

 – Вы говорите об этом так спокойно, точно я спрашиваю, будет ли завтра дождь. Вы что-то предпринимаете?

Странник усмехнулся одним уголком губ.

– Как полагаете, господин командующий, почему для вашего брата во всей Метрополии не нашлось места учителя нигде, кроме Беллы?

* * *

Море, укрытое легким туманом, пронизанным утренним сиянием, виднелось далеко внизу под стенами замка Беллы. Аттайр направлялся в гимназию на свой первый после очень долгого перерыва урок.

Хлопотавшие во дворе замка солдаты что-то мудрили с антенной оборудованного на маячной башне наблюдательного пункта. Они даже не обратили внимания на жильца комендантского дома, лишь только капрал, вчера проверявший документы у ворот, склонил голову, приветствуя потомка «того самого» Тоота. Аттайр спускался по трассе, ведущей к городу, невольно волнуясь в предчувствии встречи с доверенным ему классом. Какими они будут? Что он скажет? Чем сможет заинтересовать?

Вспомнился разговор с Юной и потом с профессором.

Атр не мог простить себе этой дикой выходки. Конечно, хранитель музея, как и надеялся Атр, не затаил обиды. Он несказанно удивился, когда новый сосед постучал в его дверь, но, услышав слова извинения, ошарашено захлопал глазами и всплеснул руками:

– Да что вы! Заходите, голубчик, заходите. Угостить вас, к сожалению, нечем.

Профессорские апартаменты действительно наводили на мысль о скудости холостяцкого жилища.