Семена огня

Звук вдруг захлебнулся, будто сигнальщик попытался резко вдохнуть через трубу. «Неужели это принца уже доставили? Видать, недалеко ушли, где-то тут прятались». Словно подтверждая мысли Сергея, над крепостным двором послышалось громкое: «Едут!» Стоявший у ворот Фрейднур, сын Зигмунда, вновь завозился с засовом, командуя отворить тяжелые створки.

Едва ворота открылись, на въезде показалась колонна всадников. Во главе ее, верхом на арденнском тяжеловозе ехало… Поначалу Лис пытался принять это за мужчину.

Кожаная безрукавка, проклепанная металлическими пластинами, и отброшенный за спину плащ оставляли полностью открытыми могучие руки толщиной с мускулистую ногу. Лишь у запястий красовались массивные бронзовые наручи, язык не поворачивался назвать их браслетами, весом не менее трех фунтов каждый. Лицо… Пожалуй, затылок с пучком завязанных в узел волос цвета прелой соломы был краше. Но уж если собраться с силами, чтобы описать его, следовало обратить внимание на покатый, точно срубленный лоб, колючие серые глазки, хмуро глядящие из-под надбровных дуг, будто подозревая каждого в коварном умысле. Нос приплюснутый, побитые оспой щеки, губы ниточкой и столь мощная нижняя челюсть, что ее можно было использовать в качестве небольшого кузнечного молота.

– Надеюсь, это не королева Гизелла, – проворчал Лис, – иначе придется констатировать, шо Пипин с компанией оказали Дагоберту немалую услугу, лишив его жизни.

– Брунгильда, Брунгильда приехала! – опасливым шепотком разнеслось по двору, и бражничавшие в дальнем его углу воины майордома подхватились со скамьи, забыв о пользе пьянства и переедания.

Между тем всадница спешилась и отдала приказ свите располагаться на отдых.

– Это что же, сестра Пипина? – подходя к Фрейднуру, поинтересовался Сергей.

– Она самая. Кто же еще?

– Ну, мало ли. Мужик в кожаной юбке.

– Да какой же мужик, сам посуди: бороды нет, и это… – Фрейднур сделал выразительный жест, обозначая впечатляющие округлости впереди.

– И шо с того? Может, у вас специальные доспехи с емкостями для пива и мяса.

Комис захохотал, едва не свалив прислоненный к столбу тяжелый брус засова. Но тут же осекся, поймав сверлящий взгляд замершей на первой ступени лестницы Брунгильды.

– Ты бы тоже, дядька, глаза отвел, – прошипел он Лису, – а то она ох как не любит, ну, чтобы вот так.

– Зови меня, парень, мастером Рейнаром. – В тон ему пробормотал Сергей.