Сыщик для феи

 – Когда едешь в края, где таких тварей до фига и больше, типа лучше запастись кормом, чем стать кормом самому.

– Логично, – невольно согласился я, обеими руками поддерживая доктрину предстоящего путешествия. – Но только ты эту, с позволения сказать, собачку видел? У нее такие пакеты между зубами затеряются!

– Ни хрена! Перетопчется! Пусть в натуре радуется, что вообще жрать дали! Ну а на крайняк, че делать, пойдем купца трусить.

Я с сомнением посмотрел в сторону торгового заведения. Плотное оцепление мрачноликой стражи наводило на мысль, что в ближайшее время коммерческая деятельность предприимчивого субурбанца будет направлена только в одно, вероятно, весьма выгодное русло.

За спинами оцепления было видно, как давешние всадники в черных плащах с белыми пелеринами, сгибаясь от натуги, перетаскивают тяжеленные железные ящики из повозки внутрь лавки.

– Не похоже, чтобы это была свежая партия импортного грунта, – пробормотал я, созерцая странную картину. – Разве что в ящиках что-нибудь очень редкоземельное.

– Да ну, – отмахнулся Вадюня, – нам типа какое до них дело? Привезли и привезли. Давай чисто животиной займемся. – Он протянул мне один из шелестящих пакетов. – Маловато, конечно, две порции на три башки, но кто ж в натуре знал? Авось не передерутся!

– Что?! – Я едва не подпрыгнул от пронзившей мой мозг мысли.

– А че я такого сказал? – с удивлением уставился на меня младший Ратников.

– Сейчас объясню. – Уж не знаю, как это выглядело со стороны, но мне казалось, что глаза мои заблестели злорадным шальным блеском.

 – Открывай пакеты!

– Что ты задумал, Виктор? – очевидно, уловив в моем тоне не совсем обычные нотки, поспешила осведомиться Делли.

– Ты на рынке собак видела? – заговорщицки спросил я, улыбаясь сам не знаю чему.

– Конечно, – удивленно подтвердила фея.

Как и на всяком базаре во все времена и во всех известных мне теперь мирах, в импровизированных торговых рядах возле Железного Тына водилось множество разнообразных беспородных шавок всех мыслимых цветов и размеров.

Судя по увиденному, они беззлобно бродили от лавки к лавке, сторонясь покупателей и выпрашивая у хозяев лакомый кусочек. Правда, если кому-нибудь таковой перепадал, вся стая устремлялась к добытчику за своей долей и тут уж начиналась невообразимая возня с рычанием, лаем и визгом. В эти минуты тесниться поближе к лабазам с их крепкими дверями приходилось уже прохожим.