Малиновка под колпаком

– Завтра утром глашатай прочтет его на рыночной площади. А затем в сопровождении солдат явится к тебе в лавку.

– Но что я такого сделал? – Шимон мгновенно подобрался. – Я всегда был самым верным из всех англичан.

– Разве кто-то подозревает тебя в измене? Нет, – с показным безразличием ответил хозяин замка. – Скоро у тебя появится возможность доказать это. Кстати, принц Джон также считает тебя вернейшим из англичан. Вот, прочти и убедись.

Он достал из футляра пергамент и протянул меняле. Тот углубился в чтение.

– О, горе мне, что я вижу?! Да где ж такое слыхано! Что такое «безвозмездный дар»? Что такого подарил мне принц Джон, чтоб я так ему отдаривался?! Пятьдесят серебряных марок – это что, шутка?! Так с такими шутками никакого сердца не хватит! Я совсем разорюсь!

– Ты не дочитал, Шимон, – откликнулся шериф. – Там ниже говорится, что ты можешь сдать серебро в трехмесячный срок, но каждый новый день после оглашения указа обойдется тебе ровно в одну марку. То есть через три месяца ты должен будешь казне сто сорок серебряных марок.

– Ой, горе мне, – прошептал Шимон. – Бедный я, бедный.

– Принц Джон собирает войска, – пояснил шериф. – Войска требуют денег. И потому он приказывает всем евреям королевства в знак дружественного к нему расположения и, конечно, для укрепления его дружественного расположения к ним выплатить обозначенные в указе суммы.

– Но это же огромные деньги! – пробормотал ростовщик, нервно сворачивая пергамент и теребя печать длинными, тонкими пальцами.

 – Вон мельник, у которого еще скот и земля, и сыновей полон дом, чтобы управляться с хозяйством, и тот имеет в год всего сорок марок.

– Так и есть.

– А я? Что у меня? Я и Рахиль, маленькая лавка в не самом богатом, да простит мне эти слова господин шериф, Ноттингеме. Из скота – лишь мыши под полом. Но от них одни убытки. Я понимаю, когда б мимо нас шла главная дорога с севера на юг и с юга на север, было бы о чем говорить. Но нет, Богу то было неугодно. Ему было угодно проложить ее через Барнсдейлский лес.

А то, что он устроил здесь, в Шервуде, – так, тропа для пьяных гуртовщиков.

– Мне понятны твои стенания, Шимон. – Королевский чиновник поднялся с кресла. – Но и ты пойми меня. Такова воля наместника. Я обязан надзирать за ее беспрекословным исполнением. Кстати, там дальше в указе говорится, что если кто-либо из вашей братии не пришлет этот дружеский дар, он будет признан врагом, лишен всего имущества и выслан из королевства на все четыре стороны.