Многоликий сборник рассказов

– Возьми его, теперь ты мой телохранитель – сказала она и передала браслет.

Это тот самый браслет, который всегда был на её руке, для меня это был самый ценный подарок. Затем она обняла меня и побежала в дом.

Добравшись до дома, я заметил, что свет в окнах не горит. Открыв потихоньку дверь, я вошёл, снял обувь и затем увидел тёмную фигуру впереди. Она стала подходить ко мне всё ближе и ближе. Мне становилось всё страшнее с каждым её шагом. И, как только этот силуэт включил свет, я сразу понял, что это моя мама.

Стало легче.

– Так, на этот раз ты точно попадаешь под домашний арест, – начала мама разговор – иди перекуси и марш спать.

На этот раз я с мамой полностью согласен, однако, как бы ни была она ко мне строга, всё равно очень добрая. Поэтому я её люблю. Помыв руки, сел за стол и съел пару бутербродов с маслом и колбасой, и после этого пошёл к себе наверх. Да, ещё нужно было делать уроки на завтра, но так тянуло в сон… Но я ведь стойкий парень, сел за уроки и уснул прямо за столом.

* * *

Вдруг просыпаюсь, и вижу перед собой маму.

Пытаюсь ей что-то сказать, но ничего не выходит, будто потерял голос: все мои слова съедало нечто и боль… Что-то давило прямо в грудь, мне казалось, что ещё немного и конец…

– Успокойся, начни ровно дышать, вдох-выдох – начала вдруг мама.

Я пытался делать всё так, как говорила мне мама. Мне постепенно становилось легче. Посмотрев в сторону будильника, было видно, что сейчас без четверти три ночи. Такого ещё со мной не случалось.

– Мам, что случилось? – прерывистым голосом спросил я.

– Кэти умерла несколько минут назад – ответила она – мне только что позвонили её родители и…

Всё её остальные слова я уже не слышал, у меня было только одно на уме, вопросы: почему?.. Как?.. Я хочу её видеть. Меня переполняла боль, а мама всё продолжала меня успокаивать, но я всё равно её не слышал. Я встал и побежал вниз, всё происходило по накатанной. Совсем не понимал, что делаю.

Вдруг картина резко сменяется другой: всё довольно смутно, и я будто не контролирую свои движения.

Что-то вроде состояния аффекта. Ноги сами передвигаются. Дойдя до знакомой тропы, сворачиваю на неё и прихожу прямо на поле, где недалеко виднеется река. Подойдя ближе к реке, я увидел в ней своё отражение. Видел, как слёзы скатываются по моим щекам, я не мог их остановить. Это все подавляющая боль сводила меня с ума в этот миг.

– Кэти! Останься со мной ещё немного, прошу, останься! – кричал я изо всех сил.