Серебряный пояс

Влюбленный чувствует ее состояние, все крепче запахивает обшлага шубы, стараясь не выпустить из объятий драгоценное создание. Так близко он не был с любимой никогда. Кипящая кровь растворяет последние капельки робости. Наконец-то, собравшись с духом, он решился сказать заветные слова:

– Я хочу, чтобы ты стала моей женой!

– Зачем это? – не ожидая размаха событий, вздрогнула Наташа.

– Потому что я люблю тебя!

Казалось, что девушка не поняла всей значимости сказанных слов, недоверчиво оттолкнулась, удивленно посмотрела на него:

– За что это?

Он, вдруг осмелев, увидев близко ее лицо, горящие глаза, быстро наклонился, поцеловал.

Она, не ожидая этого, в последнее мгновение увернувшись, склонила голову. Губы Ивана коснулись ее носа, но ненадолго. Почувствовав его прикосновение, гордая девушка приняла эти действия как недозволенный поступок.

– Ах, вот ты какой! – выскользнув из-под шубы, освободившись от объятий Ивана, возмутилась Наташа. – Вон что придумал! Шубу надел! Ишь, какой хитрый! – закипая и негодуя, высказывала она.

 – А сам целоваться лезет! – и, коротко размахнувшись, ударила его ладошкой, выговаривая дежурные фразы: – Все вы такие! Сначала словечки разные, ласковые: люблю, замуж! А потом – бросаете! Я думала, ты не такой… – заблестела слезами, – а ты такой же, как все! – и поспешила прочь.

Иван хотел ее остановить, да где там! Убежала Наташка, не выдержала недотрога ласки. Слишком уж строги принципы у красавицы.

– Не понимаю… – вытирая запястьем разбитый нос, пожал плечами Иван.

 – Что лишнего сказал?

Плохие вести

Вечером с запада подул холодный, пронизывающий ветер. Черные тучи принесли в своих ладонях мелкий, нудный дождь. Потемневшая, суровая тайга ответила тревожным шумом раскачивающихся деревьев, взбитым посвистом упругих веток, пугающим шорохом склонившихся трав. С тревожным криком, провожая осень, пролетели рябые кедровки. Где-то далеко несколько раз ударил в колокол черный ворон. Пугая мир переменой времени года, с резким треском упал на землю старый, отживший кедр.

Подтверждая плохое предзнаменование, в пригоне захрипели лошади. В стенах летней стайки замычали коровы. Поджав хвосты, занимая укромные места, разбежались собаки. Хмуро насупив брови, старатели потянулись в тепло, к своим домам: «Все, кончилась хорошая погода».

Утром 16 сентября выпал первый снег. Обычная для этого мира выпадака побелила горы, накрыла первозданным покрывалом кедрачи, поляны, крыши невысоких домов.