Тайна озера Кучум

Ченка зацепила ладонью пригоршню своей мази и так же, как вчера, стала осторожно втирать жир по обмороженным местам. От боли Сергей поморщился, глубоко вздохнул, но вытерпел, подчиняясь опытной целительнице. Чтобы хоть как-то отвлечься от неприятного, но необходимого лечения, вспомнил о новом, ещё не знакомом ему имене:

– А кто такой Загбой?

– Закбой? – удивилась женщина. – Мой отец, тет Ули.

– А где он сейчас?

– А кто знат… – равнодушно махнула Ченка рукой куда-то на стену. – Закбой, как сокжой, такой же плутня.

Кажтый тень куда-то хоти. Много том, в долине Хабазлака живёт молотая жена, Ихтыма, сын, отнако, родился, Шинкильхор. Сеготня сюта ходи, завтра тута. Куда след аскыра итёт, туда и Закбой етет. Добутет сополя, приедет. Даст Агафону аскыра, спирт пьёт и опять етет за сополем. Так и хотит всю зиму туда-сюда. Тома мало живи.

– А давно он был здесь последний раз?

Ченка наморщила лоб, что-то вспоминая. Потом ответила:

– Не знаю, не помню. Мошет, пять дней, мошет, десять… Скоро скучать путет, приетет опять.

– И что, он так один всегда и ходит?

– Пашто один? Копель с ним, Чабой. Хороший нинакин, сополь, пелка тропит, медведя держит, сохатого слетит. Два оленя с ним. Нет, не один.

Сергей задумался, переосмысливая ее слова. Он всегда удивлялся образу жизни людей тайги. То, что для него казалось необычным, для них было понятным и естественным, потому что они жили этой жизнью и не представляли себе никакой другой.

Так же, как и вчера вечером, насыщение принесло тепло, покой, безразличие.

Сергей был ещё очень слаб для продолжительного бодрствования. Измученный голодом, холодом и физическими нагрузками организм требовал отдыха, покоя. Разум притупил все чувства, уступая место здоровому сну.

– Я тайга мало хошу, – не замечая его состояния, продолжала Ченка. – Нато шкуры телай, рыпу лови, сети вяши. Уля хоти тайга, ловушки смотри. Мно-ого ловушек! Как звёзд на непе. Аскыр ловит, пелка, колонок. Тоже карошо, отнако… Эко, бое! Да ты спишь! Спи, сон приносит зторовье.

Зторовье приносит силы, – осторожно накрыла Сергея шкурой и стала набивать трубку табаком.

В следующий раз он проснулся от лёгкого, нежного прикосновения чьих-то рук на своих плечах. Сергей открыл глаза и увидел над собой бесконечную глубину голубых, широко открытых, слегка испуганных глаз. Они напоминали цвет таёжного водопада, переливающийся на солнце глубокими оттенками синевы. Этот водопад видел летом в Саянах и поразился его красоте.