Любимцы Богини

Василий пошел по нему вперед, спустился по ступенькам куда-то вниз и, пройдя через тамбур-шлюз и очередную переборочную дверь, вошел в следующий отсек. Справа и слева, проходя к сверкающим нержавейкой громадным цилиндрам турбин, стальной синевой отливались между корпусами, выкрашенных слоновой краской, главных упорных подшипников и шинно-пневматических муфт линии валов левого и правого бортов. Весь верх отсека был занят висящими на компенсаторах, покрытыми теплоизоляцией белого цвета, внушительных размеров паропроводами с такими же, поражающими сознание своими габаритами, арматурой и воздухоохладителями.

В носу виднелись переплетенные многочисленными трубками и трубочками, маневровые устройства с выделяющимися на них выкрашенными в красный цвет размерами с колесо «МАЗа» штурвалами ручного управления. Возле них, чем-то занимались, судя по возрасту, моряки срочной службы, а посреди отсека, на кожухе турбины правого борта, ногами заслонив проход, полулежал, очевидно, начальник этих моряков. Ловко орудуя маленькой пилочкой, не обращая ни на кого внимания, он приводил в порядок ноготь указательного пальца на своей левой руке. Не был удостоен вниманием и подошедший Василий, как будто его совсем не существовало.

«На подлодке есть турбина, а на ней лежит дубина», – недовольно подумал Василий строкой, ходившего по рукам стишка, ожидая, когда на него обратят внимание, или хотя бы уберут ноги с прохода! На куртке разглядел буквы «СКТ» – старшина команды турбинистов. Не выдержав, Василий спросил:

– Вы командира первого дивизиона не видели?

Даже не подняв кудлатую, нестриженую голову, старшина рукой с пилочкой нажал на тумблер, закрепленного над ним устройства громкоговорящей связи «Каштан».

Индикаторная лампочка устройства загорелась, и чей-то голос с хрипотцой спросил:

– Ну что там у Вас, Кошелев?

– Комдив-раз есть?

– Слушаю! – ответил «Каштан» голосом Примака.

– Тут Вас молодой лейтенант спрашивает!

– Отправьте его ко мне! – лампочка потухла.

– Вы заблудились, товарищ лейтенант. Вам нужно было попасть на пост управления главной энергетической установкой. Там, где Вы спускались к проходу в тамбур-шлюз, справа есть трапчик на площадку, с которой можно попасть на пульт и в выгородку водно-химической лаборатории. И как Вы вход на пульт не заметили, там же дверь восемьсот миллиметров в свету? – подозрительно простодушно произнес Кошелев, примеряясь к очередному ногтю. Василию стало стыдно.