Княжеский крест

– Хватит, сыны мои, говорить, пойдемте в гридницу. Надо гостей наших угощать. Вон Александр с дороги устал и, наверно, есть хочет. Про татар можно говорить сколько угодно, только нам от этого лучше не будет. О них мы потом поговорим поподробней. Константин почти два года у них находился. Все про них знает, потом обо всем нам расскажет, – и, обняв сына за плечи, повел его в княжеские палаты, увлекая за собой остальных сыновей.

– Я ведь не распорядился, чтобы мою дружину покормили, заговорили совсем меня братья с этими татарами, – вдруг остановился Александр.

– Не волнуйся, сын, я уже распорядился, чтобы твои воины хорошо покушали и напоены были медами.

Александр с благодарностью посмотрел на великого князя, ответил:

– Ты, как всегда, отец, прежде всего думаешь о дружине, чтобы они были сыты и хорошо отдохнули.

– Да уж, сын, вся моя жизнь прошла в походах, поэтому привык заботиться о своих ратниках. А у тебя витязи как на подбор. Я смотрю, что многие из них, еще когда ты был подростком, в твоей малой дружине служили.

Я сам набирал крепких ребят твоего возраста. А сейчас стали настоящими богатырями. Уделил бы мне десятка два таких витязей для сопровождения в татарское логово.

Александр молчал, не говоря ни да ни нет.

– Что молчишь?

– Я не думаю, отец, что у тебя в дружине хорошие воины извелись, – улыбаясь, ответил молодой князь, – я сам у тебя хотел попросить на помощь часть твоей дружины для будущего похода.

– Никак в поход опять собрался? Кого же громить в этот раз?

– Литовцы опять зашевелились.

Делают набеги на Смоленскую, Витебскую, Псковскую и Новгородскую земли. Надо проучить литовцев и отбить у них охоту грабить наши земли.

– Папские воины тоже не успокаиваются. Все мечтают от Руси отхватить лакомый кусочек, – грустно сказал Ярослав и добавил: – И время-то выбрали такое, когда мне надо ехать в Орду.

– Я один с ними справлюсь, вот тебя провожу и сразу же в поход двинусь.

– Ладно, Александр, хватит о наших врагах, идем в палату, там уже столы накрыты с шипучими медами и яствами.

 – Потом с грустью вдруг сказал: – На могиле вашей матери и жены моей Феодосии побывать бы. Да далеко до Новгорода, не ускачешь. А хотелось бы перед дальней дорогой. Уж больше года как она умерла, а я все еще не нахожу себе места. Славная была княгиня, помогала мне вести все хозяйственные дела, а сейчас все в запустении. Вот приеду от татар, надобно все приводить в порядок.