Иллюзия смерти

 – В похоронном бюро договорилась, что придет батюшка и перед выносом тела произведет отпевание, а на кладбище…перед тем, как предать тебя земле – литию.

При этих словах она зарыдала, поняла, что говорит, как ей показалось, страшные вещи. Она думала, что слушать их Алексею неприятно. Он решил ее успокоить:

– Верушка, я знал, что ты сделаешь все правильно, эти службы сильно помогут мне там….

Однако супруга пропала так же неожиданно, как и появилась и разговор непроизвольно прервался.

Алексей, зайдя на кухню, увидел Амалиэля, который смотрел на звездное небо через окно.

Рядом точно в такой же позе стоял и Ангел Хранитель Веры Павловны. Между собой они не проронили ни слова. О чем думали, известно только Господу. Свечение, исходящее от обоих на фоне ночи, приобрело светло-золотистый оттенок. Новопреставленный сел на табурет рядом и также молча стал наблюдать за маленькими светящимися точками, находящимися где-то там, в непомерной глубине космоса…

Глава 5. Хоронить самого себя.

Как это?

Как и обещало звездное небо ночью, последующий день выдался солнечный. На улице около двадцати градусов по Цельсию и к обеду явно поднимется до тридцати. « Жаль, что я умер в такую прекрасную летнюю погоду, – подумал Алексей, – ну, зато земля не мерзлая, легче копать». Эта мысль несколько позабавила покойника, на ум пришли стихи Анны Ахматовой:

«Пусть миру этот день запомнится навеки,

Пусть будет вечности завещан …».

Он, не советуясь с Амалиэлем, перенесся на кладбище к могилам родителей своей супруги.

Впрочем, Ангел оказался рядом без особого приглашения. За оградой два незнакомых мужика, с голыми торсами копали новую глубокую яму. Их рубашки висели на металлической ограде. Рядом спокойно стояли их Ангелы Хранители, а в воздухе кружились, ставшие уже привычными, демоны….

Работа спорилась, лезвия лопат вгрызались в землю и вскоре поверх ее стали видны только головы копальщиков.

– Как интересно устроена жизнь. Люди при большой власти и просто бродяги, богатые олигархи и откровенная нищета перед этой ямой становятся равными, – тихо произнес Алексей.

– Не совсем, – ответил Амалиэль, – эта, как ты выразился, яма – входная дверь в новую жизнь. И она будет очень даже разная. Для одних это вход в Рай, для других – в ад. Как сказал Преподобный Ефрем Сирин: «Мучительность раскаяния грешника при смерти превышает даже страх смерти и разлучения». Ты хочешь присутствовать при отпевании?

– Конечно, хочу.