Миры

Прошли уже более десяти лет, и он ни разу не получал подарки.

– Только не раскисай, – сказал Сильвер, – ты, наверное, еще не знаешь, что настоящими пиратами становятся только совершеннолетние. Итак, сегодня совершится твое посвящение в пираты!

– Извини, дядя, но можно как-нибудь без этого?

– Ты что? Не хочешь быть пиратом?

– Нет! Только не пиратом. Я буду поваром, но не пиратом.

– Тебе решать. Но знай, как много ты теряешь.

– Я хочу жить как все люди, узнать, что такое любовь, и еще много-много всего.

– Понимаю тебя. Ты. Понимаешь? Ты просто уже созрел для…

– Для чего я созрел?

– Да ты что думаешь, я не найду тебе девчонку? Ты только попроси. Дядя Сильвер никогда не обидит.

– Лучше бы вы никогда не пили.

– О, это нет. Никогда. Ром – это же… это же святое.

– Да, вижу я, какое это святое…

В это время в двери показался Джон.

– Дядя, – сказал он, – прямо по курсу корабль.

– Корабль?.. Хм… – Сильвер внимательно посмотрел на Джека, – так значит, ты говоришь, корабль? Это твой шанс, Джек.

Чтобы стать настоящим пиратом, надо действовать.

– Нет. Сегодня у меня живот болит. Я не могу двигаться. Может это морская болезнь?

– Ты меня разочаровываешь, Джек. А я возлагал на тебя такие надежды…

– Капитан! Они нас заметили. Уходят!

Сильвер закричал:

– Не дать им уйти! Выкатить пушки!

Он выбежал наверх, и Джек снова остался один. Он размышлял над тем, кто он такой и что ему предстоит сделать в этой жизни. «Нет, пиратом я определенно не стану», – думал Джек, – «лучше утопиться в океане».

Медленно потянулось время. Джек не обращал внимание ни на что вокруг. Его мысли были далеко отсюда, и он даже не подозревал, какие перемены совершатся в его жизни совсем скоро. Громкие взрывы возвестили о том, что захвачено еще одно мирное судно. Всплески в море, удары весел, треск сгораемого дерева, еще взрывы… Тишина. Море спокойно, как никогда, солнце самое нежное, самое светлое. Но, не смотря на это, сейчас, возможно, погибли люди.

Джек этого не понимал. Он не хотел быть пиратом, убивать, радоваться победам, которые, в конце концов, приведут к полному духовному поражению. Туман перед его взором рассеялся именно в тот момент, когда воздух разрезал тонкий, жалостный крик о помощи. Этот крик принадлежал девушке, которой было не больше восемнадцати лет. Кричала она истерично, было понятно, что ей больно. Она страдала и духовно и телесно. Джек окаменел всего на пару секунд.