Миры

– Вот именно. – Поддержал его профессор.

– Но кому это понадобилось?

– О-о! Желающих очень много. Ты, наверное, читал рассказ о том, как из машины времени сделали экскурсионную машину? Помнишь, что тогда произошло?

– Да, когда они вернулись из путешествия, то не поняли сразу, куда попали. Всё катастрофически изменилось.

– Да, и всё из-за того, что кто-то в далёком прошлом раздавил насекомое. В мои годы это считалось увлекательной сказкой, но подумай, если сейчас люди попытаются сделать то же самое?

– Что же вы предлагаете?

– Понимаешь, – каким-то непривычным голосом сказал профессор Фледриг.

 – У меня нет ни детей, ни внуков. Всю свою жизнь я посвятил науке. Вместо того чтобы ходить по улицам и знакомиться с девчонками, я читал научные труды разных учёных. Теперь я стар. Слушай меня внимательно. – Профессор перешёл на шёпот. – Если со мной что-нибудь случится… – С этими словами он подошёл к столу, и вытащил из него ноутбук, – …никому не доверяй эту вещь. Судьба всего человечества в твоих руках. В самой безвыходной ситуации уничтожь её. Это всё.

– Профессор, вы хотите, чтобы я забрал ваше изобретение? – Спросил Алекс.

– Другого выхода нет. Я ведь не зря напомнил тебе про сказку о межвременном путешествии и о его последствии. Теперь это реальность. Тебе нужно уходить. У меня плохие предчувствия.

В этот же момент в дверь постучали. Этот стук тоже был равномерным и человек за дверью тоже был уверен в себе, но еще по стуку профессор определил злость и коварство.

– Профессор, вы дома? – Раздался грубый и не знакомый до сих пор профессору голос.

Глава девятнадцатая

Человек с белой повязкой на голове и с загипсованной рукой с трудом открыл глаза и не понял сразу, где находится. Последнее, что он помнил, это перестрелка, в которой он получил ранение. Не смертельное. А задание? Он не выполнил? Не смог! Трус.… Потом он упал. Дальше память отказывалась служить ему. Он попробовал пошевелиться, но понял, что лучше этого не делать. Встать? Об этом и речи быть не могло.

Лежать тихо, не двигаясь, не создавая лишнего шума. Вот лучшее, что мог он делать в своем положении. Малейшее движение вызывало боль. Плечо онемело, и не желало подчиняться. В голове что-то жужжало, свистело, хлопало. Сквозь весь этот шум в своей голове Док услышал шаги в соседней комнате. За ними последовал разговор двух людей, разобрать который было практически невозможно. Скрипнула дверь, в комнату вошли двое. Один был в белом халате. «Доктор», – подумал Док.