Правый ангел

Ватничек скинул – и харэ… А портки – еще семь раз замерзнешь… Ноги, они не шибко в нашем деле нагружены…

– Жо… ха-ха-ха… в дно!.. – раздалось с первого номера… – и мо… ха-ха… ментально!..

– Если кому искупаться охота… – оправдывался Вульф… – лично я – пас… Не сегодня.

– Сами виноваты, – отсмеявшись, заключил Белоядов. – Инструктаж не провели. На тебя, Егорыч, смотришь – братца твоего видишь. А с братцем мы – полстраны на веслах, за два последних года… Вот и упустили… Ты, короче, пока две вещи запомни. Первое: в лодке с сиденья – только вниз.

Она, родимая, хоть на воде и устойчива, вроде, до беспредела, но чуть что – куляется на раз-два. И второе: ногу внизу ставить только на металл. На резину – ни-ни…

Неужели и вправду могли навернуться?..

Возможность…

Продолжавшему махать веслом, Егорычу стало легко и просторно от этого слова: возможность. Как-то совсем уже не по-озерному свежо… Так, словно проснулся в тенистой комнате с открытым балконом, а за окном – тенистый же крымский кедр, солнце и море за домом (тень) и в голове… Дрожь, будто по голым, в шортах, ногам, прошла волной…

– Что такое лиловое, горькое и фа бемоль, – со своего второго номера подал голос Егорыч, – но не длина, не частота волн, не химия, а что они такое как ощущения, их неповторимый окрас?

– Это, слышь, – с первого номера бросил через плечо Белоядов, обращаясь сразу и ко второму, и к третьему, – у нас в школе физик был, по совместительству звездочет.

Любимое выражение: я вас научу? Млечный Путь любить!

– И что? – подключился Вульф.

– На ровном месте посреди урока выдвигал картину апокалипсиса. Ну, столкновения Земли с кометой, с хренетой, со всем подряд… Интересно подытоживал. Молча так обведет взором притихший класс, а потом резюмирует: всего этого, говорит, может и не быть… Если будете хорошо учиться.

– Как там? – прозвучало у Егорыча за спиной. – Розовое и… кислое?

– Да, соленое и голубое. Огуречная соль, селедочная…

– Ну, так биология же… – раздалось с носа. – Нервный импульс, рецептор.

– Нервный импульс голубой? Или розовый?

– Воссоздается все, в голове, – снизошел голос с носа.

– Вкус селедки?..

– Взаимодействие соли с рецептором, – пояснил голос с кормы.

– А вкус – в рецепторе? Или в соли?

– В рецепторе сигнал, – отозвалась корма.

– Соленый?

– Нервный… Ты куда?..

– Да сижу я, сижу, не встаю, – обернулся Егорыч к Вульфу. – «Ничто не имеет конца» (Леонардо да Винчи). Начала. Ничто не имеет начала.