Правый ангел

На определенной глубине этого погружения становится неважно, где виртуальность, где реальность. Эта глубина и есть Формула.

Виртуальность, воображаемый мир, побуждающий нас слиться с ним целиком, тянущий в себя «спереди» наше сознание, – это десятимерность в четырехмерном, таком же выдуманном, мире тел, десятимерность нашего сознания в нашем четырехмерном теле.

Доктор виноделия

(2008: события одной недели с флешбэком в 1991)

– Бред! – дослушав «Дневник туриста», откинулся на спинку дивана Белоядов.

 – Художественной ценности не содержит.

Профессионально декламировавший Вульф, охрипший к концу поочередного, на пару с Белоядовым, чтения вслух «Харона» и «Дневника», по завершении читки наполнил доверху свой пивной бокал…

– Художественную ценность, Алекс… несут в редакцию… или, на худой конец, литературному бонзе «на посмотреть», – оглаживая бороду в после-пивном блаженстве, отозвался Вульф. – А он прислал это мне. Нам.

– Ага. Через пять лет. За это время десять редакций и двадцать бонз обегать – не вопрос.

– С нашими фамилиями в тексте? С доморощенной метафизикой?.. Нет, Алекс, это не для редакций.

– Что это вообще такое? – потряс Белоядов рукописью.

– Приложение к путешествию. Я бы даже сказал: приглашение. К путешествию. Помнишь: «Предложение неожиданных путешествий есть урок танцев, преподанных богом»?.. Ну, еще по одной?

– Я – пас, Лезандр.

Отбросив рукопись, Белоядов уставился на нее. Вульф – на Белоядова:

– Ты когда-нибудь прежде, Алекс, сталкивался с развернутым изложением одного дня твоей собственной биографии?.

. Человек конспектирует свое пребывание рядом с тобой, а после – тебе же все это предъявляет. С какой целью?.. Бесцельно – это действительно бред. А цель… – потянулся Вульф через стол к товарищу… – По сути, там что? Если отбросить гребной антураж… слоняться по воде – не может быть целью по определению… если это отбросить, тогда остается…

– …поэзия… М-теория… бред, – загнул пальцы Белоядов.

– То есть, разговоры.

Ваши разговоры о физике. Наши разговоры о лирике. И его разговоры с самим собой. Чувствуешь?

– Что я должен чувствовать?

– Что цель… и есть разговоры.

– И… что?

– Ты свободно разглагольствовал о мироздании, я так же непринужденно – об изящной словесности. А сейчас у меня ощущение, что – нет, не свободно, что именно – по принуждению. Что все это из нас с тобой извлекали…

– Так оно так и было.

– …а теперь возвращают. На место. Подредактировав.