Мир Маньяка

Значит – как обычно, в «Ла Кантине», на Тверской? Может, и «Пьяные бобы» себе позволим? Чудесное блюдо, время только много занимает, готовится долго!

– А куда спешить, конечно, позволим. Жду!

Разговор этот означал следующее: «Внимание, свободно говорить не могу, а поговорить есть о чём, встречаемся на моей квартире…». – «Услышал тебя. Встречаемся. Разговор долгий?». – «Поразмышлять надо, заодно и перекусим…».

Положив трубку, Ву стал анализировать произошедшее…

То, что человек-бабочка выпорхнул из места, где он только сейчас был, не вызывало у него никаких сомнений.

Навряд ли в доме происходило что-то без ведома…

Этого милейшего и добрейшего хозяина, которого трудно было представить со скальпелем, срезающего кожу с живого человека.

Оставался его сынок, этот типичный Нушрок. Жёсткий, с хищным взглядом…

Может, папочка просто потакает ему в его болезненных желаниях – ведь сын есть сын, несмотря на его больные пристрастия – и делает всё, чтобы его тайна не вылезла наружу.

«Королевство кривых зеркал», удивительная старая сказка, да и фильм не хуже. Оля и Яло – всё наоборот.

И тут его пронзила мысль: «Наоборот… А вдруг и здесь тоже так. Милый, добрый хозяин – безжалостный маньяк, а его сын – на вид очень подходящий на эту роль – просто парень, обозлённый не только на отца, но и на весь мир. Всё может быть…».

* * *

Машина, обычное городское такси, миновав шлагбаум, припарковалась возле подъезда высоченного дома с громадным холлом, в котором нашлось место для целой коллекции цветов, причём – офисный вариант в виде фикусов уступил место различным орхидеям.

Охрана такая, что, казалось, она Пентагон здесь охраняет, включая все секреты «Зоны 52»[21 - В США. Сверхсекретный военный полигон Тонопа, который расположен в штате Невада в 48 километров от города, носящего такое же название.

Лифт, в который можно было попасть, только приложив не только карту допуска, но и свою ладонь, а потом и войти или въехать на своём авто, благо его размеры это позволяли, правда, если оно, конечно, смогло преодолеть двадцать восемь ступенек перед подъездом, который со всеми основаниями можно было назвать парадным.

В общем, как сейчас говорят – всё было по-взрослому.