Невероятные приключения в мире вещей

Буду с вами откровенно честный, я ни в чем не виноват и заявляю, что меня кто-то очень умело, подставляет, чтобы не дать расследовать дело.

– Наша песня хороша, начинай с начала – сыронизировал Комиссар.

– За много лет работы в полиции, я это слышу почти каждый день. Так, что я хочу слышать лишь правду, подкрепленную доказательствами. Вот так, мой дорогой детектив.

– Как я могу что-то доказать, если я здесь с вами, мне нужно найти свидетелей и доказательства.

– Все свидетели дали показания не в вашу пользу, а о доказательствах я уже не говорю.

Рик умолк. Ему не было чем ответить и чем оправдываться.

– Какое дело Вы расследуете, точнее, расследовали? – сделав ударение

на последнем слоге спросил Трубб.

– Это тайна следствия – сквозь зубы ответил коврик.

– Если хотите, можете молчать. Рано или поздно, я все узнаю, но это для вас может быть отягощающим обстоятельством. Вам и так много предъявленных обвинений, больше чем достаточно что бы запереть на долго.

– Каких именно обвинений? – спросил детектив скорее из любопытства.

Он хотел узнать, что они имеют против него и что ему можно будет противопоставить их обвинением.

– Во-первых, – начал излагать доказательства Комиссар. – Нападение на господина Скоппа, с нанесением ему телесных повреждений. Во-вторых, нападение на Чайя, у него пулевое ранение корпуса, между прочим, из вашего револьвера. Экспертиза это показала. В-третьих, препятствование ведения следствия. Ну пока хватит, это уже больше чем достаточно.

– Вы опросили пострадавших? – спросил Рик, в надежде что его оправдают ответы Скоппа и Чайя.

– К сожалению, это невозможно, они находятся без сознания, но это, по сути дела не меняет. Даже если они придут в сознание, их свидетельства будут не в вашу пользу.

Опустив голову, коврик шел к своей камере, не в силах что-то придумать. У него в голове все перепуталось. Голова еще немного побаливала, и большая синяя шишка на затылке не давала сосредоточиться. Так вместе со спутанными мыслями и переживаниями, Рик уснул.

Проспал он несколько часов. Сон его был без сновидений. Ему даже показалось, что он не спал, а только закрыл глаза и сразу открыл. Но факт есть факт! Двух часов, как не бывало. Внезапно загромыхал засов тяжелой металлической двери и внутрь его тюремной камеры в сопровождении фонарика охранника вошел Комиссар Каа Трубб.

– Вот что любезный – первый начал господин Трубб. Только что разговаривал с вашим шефом.