Ученик Дракона

Это качество здесь, в долине, должен сказать, большая редкость… Что тебя привело ко мне? Что-то ведь тебе нужно, раз ты такую дальнюю дорогу проделал и Мешу упросил проводить. Не скребком[8 - Скребок – жаргонное выражение Свободного лагеря, означающее «рудокоп».] же пришел наниматься в самом-то деле?

– Действительно, я хотел посмотреть на лагерь и найти Шуста.

– Шуста? Что он успел натворить, раз удостоился такого внимания?

– Подозреваю его в краже меча.

– Меча? Не смеши меня! Если Шуст чем-то и промышляет, то больше по мелочам.

Для кражи меча у него духу не хватило бы. Впрочем, можешь сам убедиться. Шуст временно снимает хижину у наемников, это правая сторона возле рудной ямы.

– Почему временно?

– Хижина у наемников пустует, вот они и разрешили ему там поселиться, пока у них человек новый не появится. Ну, бывай!

Шуста Вандер нашел быстро. Тот занимался ремонтом хижины. Вандер некоторое время наблюдал, как Шуст старательно заколачивал в стену молотком гвозди. Затем окликнул его. Шуст престал стучать и вопросительно посмотрел на Вандера.

– Ты меня знаешь? – спросил Вандер.

Шуст кивнул.

– Это хорошо, не потребуется долгих объяснений. Я хотел бы знать, что ты делал возле моей хижины вечером во время моего боя с Хасаном? Ты желаешь знать, почему я этим интересуюсь? Примерно в это время из моей хижины украли меч, который я запер в сундуке. Поэтому вполне естественно, что я этим интересуюсь. У меня есть все основания подозревать тебя в этой краже, если ты не докажешь обратное.

Говоря, Вандер внимательно следил за выражением лица собеседника. От его взгляда не ускользнуло судорожное вздрагивание гортани и легкая бледность щек у Шуста. Было видно, что он напуган, но старался держаться.

– Кто-нибудь видел, как я входил в хижину? – спросил он тихо.

– Нет.

– Я был рядом, но туда не входил, – продолжал Шуст.

– И что ты делал там?

– Помогал Храну. Он работает на кузнеца, выполняет грубую обработку заготовок для мечей. Время от времени, возвращая Звягу обработанные заготовки, Хран говорил кузнецу, что одну-две заготовки испортил.

Звяга не придавал этому особого значения, ибо испортить заготовку плевое дело, а Хран портил мало, вернее, вообще не портил. Когда заготовок накапливалось значительное количество, я переправлял их сюда в лагерь и продавал оружейнику. Доход делили поровну.

– Одним словом, наладили доходный бизнес.

– Наладили чего? – не понял Шуст.

– Дело, говорю, хорошо поставили доходное.