Нож с гравировкой розы

 – Может быть, что-то произошло?»

Она послушно отправилась переодеваться, оставляя за собой мокрые следы на полу.

6

Два часа после полудня.

Темные облака, заполонившее небо до горизонта, начали отступать. Ветер гнал их прочь на северо-запад, в сторону гор. Деревья, то оживлялись, поддаваясь силе ветра, то немели в его отсутствие.

Выйдя из машины, Джон заметил мисс Перес, стоящую на крыльце с платком в руках.

– Здравствуйте, – окликнул он, подходя к ней, – сегодня погода просто ужасная, не правда ли?

– Привет, Джон, – нехотя поприветствовала она.

– Примите мои соболезнования, – искренне проговорил он. – Мы сделаем все для того, чтобы люди узнали о пропаже вашей дочери. Можно мне войти? – с долей сомнения в голосе, спросил он.

– Конечно, Джон. Проходи, – согласилась она. Открыв входную дверь, Коди пропустила его. – Не мерзнуть же нам тут.

Полчаса спустя.

Индикатор диктофона загорелся красным, извещая присутствующих о начале записи.

– Моя дочь, Кимберли, ушла из дома после обеда прогуляться в парке и не вернулась, – начала она.

– Расскажите, пожалуйста, поподробнее, мисс Перес, – профессиональным тоном спросил Джон.

– Началось все около двух недель назад. Я заметила, что Кимберли начала вести себя необычно, – объяснила Коди.

– В чем именно заключалось это необычное поведение?

– Кимберли очень общительный ребенок. Она делилась со мной и Адамом всеми событиями, будь то плохие или хорошие.

– Адам ее отец?

– Да, мы с ним развелись около года назад. Однако, он до сих пор поддерживает отношения со своей дочкой. Раз в месяц приезжает на выходные, и они вместе ходят по магазинам или проводят время на берегу моря.

– А какова причина вашего развода?

– Алкоголь, – чуть поколебавшись, ответила она. – Адам пристрастился к бутылке. Это был тяжелый период в нашей совместной жизни, от которого мы так и не смогли оправиться, – пояснила она.

Коди чуть наклонилась и подняла с пола старую плюшевую игрушку, принадлежавшую ее дочери, и крепко сжала ее в руках

– Около двух недель назад, как я уже и говорила, – продолжила она, – поведение моей дочери изменилось в худшую сторону. Она стала зажатой и перестала делиться со мной событиями из своей жизни, аргументируя это тем, что нашла для себя нового друга и со мной ей стало скучно.